Узнав про чересчур высокие аппетиты кондотьера, дукс вежливо, но настойчиво предложил прерваться ещё на незначительный промежуток времени и… получил неохотное, но согласие. Просто ему требовалось проконсультироваться с комитом Жоффруа. Отдавать этому наглецу даже не всех повреждённых колоссов, а хотя бы часть — могло означать конфликт с сектой Прикоснувшихся к Совершенству либо с остатками отряда Скариотиса. Пусть от первых остался лишь один повреждённый «Дротик», но имелись дальнейшие планы по сотрудничеству. Использования их как прикрытия, до поры очень нужного, почти необходимого. Второй же… Пинкман не понимал, почему комит рекомендовал относиться к этому ничтожеству с осторожностью. Не понимал, но привык исполнять приказы и даже просьбы вышестоящих. Ибо всё во благо Гегемонии.

— Он слишком много хочет, — процедил Жоффруа, выслушав дукса. — Но…

— Слушаю вас, комит.

— Отдадим ему часть, и пусть он успокоится, убравшись с планеты. Пусть забирает остатки колоссов здешней секты и то, что осталось от машин Скариотиса. Нам нельзя сейчас ссориться с союзниками. Они важны для плана.

— Скариотис будет недоволен. Он уже в ярости, подозревая кондотьера Тайгера в том, что тот может и хочет обмануть, что-то подготавливая.

— Деньги. Я сейчас же объясню ему, заткну жадный наёмничий рот премиальной выплатой, которой хватит и на восстановление, и за моральный ущерб.

Видя недоумение на лице подчинённого, Жоффруа счёт правильным пояснить.

— Ричард Скариотис слишком давно работает на наше благо. При том не является верным нам, руководствуясь только наживой и заботами о своей безопасности. Будет обижен — способен попытаться отомстить, раскрыв что-то из известного. Риск, даже малый, недопустим.

— Склоняю голову перед вашей мудростью, — за словами последовало и действие. — Я возвращаюсь к торгу с наёмником, убедив того согласиться на сказанное вами.

— Да пребудет с тобой Чистота!

— Пребудет она с нами вечно.

Закончив разговор с комитом, получив от того ясные и чёткие приказы, дукс Пинкман вернулся к переговорам с заметным облегчением. Теперь ему всё было ясно и никакие сомнения не омрачали его душу. Зная, до чего можно торговаться, что нижняя планка всё равно должна показаться привлекательной для авантюриста и гонщика на наживой, дукс стал понижать желания Тайгера. Психологии их тоже учили, хотя и разделяя её на внутри Гегемонии и вне её.

Кондотьер. Он поддавался, явно понимая, что всё он не получит, но и с пустыми руками не уйдёт. Пинкман тоже старался давить, сперва предложив забрать лишь старый хлам — то, что осталось от древнего «Отбойщика» и несколько менее бесполезных «Чемпиона» с «Вдоводелом». Разумеется, никто не собирался мешать забрать и то немногое, что осталось от колосса самой кондотты — взорвавшегося от пошедшего вразнос реактора «Стоика». Но смещаясь от этого предложения вверх, дукс уступал ещё и «Кочевников» с «Попрыгунчиком» как кремовой розочкой на торте. Если у наёмников есть один такой колосс, то получить второй такой де не целым, а как набор запчастей было бы привлекательным. Очень! Будучи вынужденным общаться с такими как Скариотис, Пинкман знал, что у подобных людей постоянные проблемы с поиском запасных узлов для ремонта и совершенствования колоссов по сходной цене. А тут такой… подарок.