Хогвар перевёл взгляд на полуорчанку.

— Ты где услышала, чтобы я это сказал? — осведомился он.

— Э-э… — Надара озадачилась.

— Мне глубоко плевать, Надара, — продолжил Хогвар. — Я не судья, а мы не на заседании атриумии. Я просто сообщил факт.

— Надара, — строго произнёс и Эдариан.

— Поняла, поняла, — поморщилась женщина. — Бывает, чё!

— А Третий Наследник… — Эдариан нахмурился. — Ну, чтобы такого ещё раз не случилось, что делается?

— Ну, например, — Хогвар мрачно усмехнулся. — Пошлём некоего Эдариана Стейнфоса. Уж он-то точно разбирается, где проходит грань между сомнением и предательством.

На лице Эдариана отразилось недоумение.

— Прощение, заслуженное кровью, — пояснил Хогвар. — Оно же не про то, что оступившиеся должны непременно эту самую кровь пролить. Человек встраивается в систему. В данном случае, в имперскую военную машину. В которой выживание возможно лишь в случае, если человек «встаёт в строй». А из строя, Эдариан, можно выйти?

Парень хмыкнул.

— Только выпасть, — ответил он.

— Причём, либо от руки врага, — уже с холодным лицом добавил Хогвар. — Либо из него вытолкнут труп предателя. Плюс, никто не убирал человеческий фактор. Ошибки есть в любой системе.

— М-м, а это про что? — не понял Эдариан.

— Про то, что человека могут оговорить, — пояснил Хогвар. — Человек может ошибиться, вовсе не желая при этом становиться клятвопреступником, да, Надара? Если сразу казнить, то шанса исправить ситуацию уже не будет. Поэтому, казнь оставлена в качестве меры высшей социальной справедливости лишь в случаях, когда вина велика, однозначна и иных трактований просто нет. К тому же, есть, так называемый, публичный суд. Оценка поведения человека… разумного среди таких же, как и он оступившихся. Но, заметьте, военных преступников не смешивают с обычными воришками. Вообще гражданских с военными никак не перемешивают. Предвосхищая твой вопрос, Эдариан — вы, аристократы, числитесь военными. Поэтому детей тех, кто попал в штрафники, направили в Гвардейский Корпус и Учебный Легион.

— Эт чё, — заговорила Надара. — Типа, смотрят, как кто себя среди каторжан ставит?

— Естественно, — кивнул Хогвар. — И вот ты видишь, Надара, что разумный, который за убийство мотает, антов и дерра режет со всем удовольствием. Прям пайку можно не давать, только направь убивать. И нахрена такого в обычную жизнь возвращать? Нужно направить его в специальное подразделение, где он сможет продолжать это делать, к общему благу и к его удовольствию. Или, вот взять некоего гражданина Стейнфоса. Явно же получается у него результативно и аккуратно всякие гиблые места обшаривать. Так может не на паркете ему надо гарцевать, а западные матки вскрывать? Раз уж реально получается? И ещё таких же любителей шарить и исследовать направить ему в подчинение?