— Frau, ich weiß ein wenig Deutsch!

Хё Чжу, к которой я обратился на немецком, подойдя со спины, вздрогнула от неожиданности и резко обернулась, изменившись в лице. Только что не подпрыгнула.

Ага! — злорадно подумал я — Испугалась⁈ Будешь знать, как плохо об иностранцах за глаза говорить!

— Что ты сказала? — отходя от испуга, спросила начальница, с удивлением смотря на меня.

— Кунчан-ним, я сказала, что немного знаю немецкий.

— Ты⁈ Немецкий⁈ Откуда ты можешь его знать?

— Я ходила на курсы в школе. Могу попробовать перевести.

— Курсы немецкого? — искренне не поверила мне Хё Чжу — в школе?

Похоже на то, что я опять неудачно вру. Иначе, почему она так удивилась? Может, в здешних школах есть только курсы английского? А чёрт его знает! Так, нужно перевести тему со школы куда-нить в другую сторону!

— Кунчан-ним, а почему в отеле никого нет, кто знает немецкий? Разве туристическим группам не положен переводчик?

Дохленький перевод стрелок, но ничего другого в голову не пришло.

— Эти туристы вернулись с аэропорта — удивлённо смотря на меня, пояснила моя начальница — они уже прошли регистрацию и пошли на посадку. Но погода ухудшилась и рейс задержали. Они долго ждали, но рейс всё-таки отменили. Их отправили обратно, но переводчики, сопровождающие группу, уже уехали и не смогли вернуться назад из-за снегопада. В отеле есть ещё другие вегугины, которые не знают английского. Они тоже вернулись из-за того, что самолёты не летают.

— А-а, понятно, кунчан-ним — киваю я.

— Юн Ми, а ты что, действительно говоришь по-немецки?

— Немножко. Но думаю, что смогу понять, что они говорят, кунчан-ним.

— Не могу в это поверить!

— Zwei Dinge erfüllen das Gemüt mit immer neuer und zunehmenden Bewunderung und Ehrfurcht, je öfter und anhaltender sich das Nachdenken damit beschäftigt: Der bestirnte Himmel über mir, und das moralische Gesetz in mir!

— Что… И что это значит? Что ты только что сказала? — прищурилась на меня старший менеджер зала.

— Две вещи наполняют душу всегда новым и всё более сильными удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительней мы размышляем о них — это звёздное небо надо мной и моральный закон во мне! — вздохнув, перевёл я.

Хё Чжу, молча, оценивающе смотрит на меня, немного повернув голову в бок. Я же стою и помалкиваю, с интересом наблюдая за её лицом.

— Хм, Юн Ми, ты что, и вправду такая умная? — наконец спросила начальница, когда молчание совсем уже затянулось.

— Немножко, кунчан-ним — улыбнулся в ответ я.

— Госпожа менеджер! — закричал в этот момент помощник повара, вбегая в помещение раздачи и заставив нас повернуть к нему головы — я спросил! У нас никто не говорит по-немецки! Только по-английски!