После получаса лежания в такой странной позе у меня стала болеть спина. Тогда я решил повернуться на бок. Гамак среагировал на движение и начал равномерно покачивать меня, как люлька младенца. Я продолжал смещать тело на бок и слишком приблизился к краю матерчатой конструкции. Она сразу накренилась, желая меня выпихнуть наружу.

Тут-то я вспомнил, что подо мной стол и лавки. Если навернусь, то будет больно. Пока я судорожно пытался ухватиться за противоположный конец гамака, тот продолжал крениться. В панике я ухватился зубами (а чем ещё в такой-то позе?!) и активно заработал ногами, стараясь предотвратить опасный крен этого идиотского средства для сна.

Мне это почти удалось. Вернее, я раскачал гамак, и он заколыхался с такой амплитудой, что вылететь я уже мог с любой стороны. Я снова переплёл ноги, решив, что самый первый вариант, когда они были выше головы, не так уж и плох. Но люлька уже не просто качалась, а изображала натуральные качели. В результате меня опрокинуло. А я молодец! Успел вцепиться руками за оба края гамака. Оп! И меня перекрутило вместе с гамаком аж два раза. Я оказался внутри своеобразного кокона. Ни шевельнуться, ни как-то остановить равномерное покачивание гамака у меня не получалось. И вообще я перестал ориентироваться в пространстве, где низ, а где верх.

— Тали, Игорь! — понимая, что самому мне не выпутаться, решил позвать на помощь друзей.

Но меня не слышали и не видели. Небольшой фонарь имелся где-то на входе. Когда все улеглись спать, его приглушили. Как я вертелся в гамаке, вряд ли кто видел. А шум волн, бьющихся о борт корабля, заглушал негромкие звуки внутри помещения. Я, замотанный как личинка бабочки-переростка, начал паниковать. Вдруг умру от удушья? Возрождение случится на месте последнего задания. Группе придётся меня искать на берегу или дожидаться, когда преодолею море. В общем, нормально себя накрутил и разнервничался.

Тут откуда-то раздался грозный рык. Народ вокруг меня запаниковал. Раздались вопли ужаса и крики. Что случилось, я по понятной причине не знал, поскольку не видел. Я совсем ничего не мог сделать. Снова позвал Тали, но шум теперь вокруг был такой, что мои жалкие потуги потонули в общем паническом крике. Народ бегал, ронял скамейки, которые вроде были к полу прикручены. Кто-то кричал.

— Арт, Арт! Ты где?! — расслышал я в этом шуме своё имя и даже промычал в ответ.

— Здесь он, надо его размотать! — наконец отыскал меня Тали.

Светильники снова зажгли, и меня поразило до глубины души то, что я увидел.

— На нас напали? Пираты?! — принялся расспрашивать парней.