Но сегодня у меня ещё осталось важное дело.
— Да, я не забыла про сон, — сказала духу, поймав его взгляд из бутылки.
Прихватив с собой чашечку чаю для согревания рук, я отправилась вглубь здания, где хоть и стоит сохранение тепла, но топлю я, как и дедушка Феликс, пока только в главном зале. А на дворе всё же зима. Здесь первоначально прохладненько было, так что сильно теплее не стало. Но зато и не похолодало.
Открыла двери, прошла сначала одно помещение, за ним второе, третье, склад. Переставляла ноги медленно, двигалась прогулочным шагом, словно у меня променад по саду или побережью. А на деле пыталась ощутить остаточные излучения магии. Теперь духа-хранителя нету, он изолирован в магически обогощённой бутылке, так что все эмоции помещения — это называется эгрегор — сейчас должны влиять на меня без помех. Часть эгрегора составляют чувства, которые люди испытывалив этих стенах ик этим стенам. Но часть — наследие духа. А духи часто вплетаются и питаются от эгрегора. То есть отражают его состояние почти полностью. На сколько характер и мотивы духа отличаются от эгрегора помещения — это каждый раз отдельный вопрос. Зависит от истории и силы как духа, так и эгрегора. Или того, кто привязал духа к месту. И все эти аспекты я, по идее, могу различить. Или нет? Или всё смешалось в общий фон?
Но в любом случае, я не чувствую негативных отголосков. Совсем. Усталость от старости материалов ушла, когда я обновила помещение. И эгрегор его стал как-то позитивней. Точнее, повернулся доброй стороной. Знаете, иногда входишь в комнату — и тебя тянет улыбнуться или, наоборот, поёжиться. Вот это и есть влияние эмоционального фона — эгрегора.
В моей лавке теперь находиться приятней. Раньше, как я понимаю, хотелось уйти. Всем, кроме хозяина. Хотя, может и Феликс хотел, просто не мог. И дети жаждали покинуть это место настолько, что я даже следов их пребывания тут не нашла. После ухода сыновей, старик всё отдал под магазин. Или хотел отдать, но получилось то, что получилось.
Так, не будем о грустном. Хотя да, эгрегор по прежнему немного навевает. Но это не зло — лишь печаль и тоска. Хм, неужели и само здание хочет получать радостные эмоции?
Ему не хватает этого, ведь эгрегор не может отражать то, чего нет. Другими словами, там, где всем было плохо, не появится радостная аура. И наоборот. Значит, если кому-то очень хотелось отсюда уйти, так сильно, что впечаталось в эгрегор, то и другие будет ощущать такие позывы подсознательно.
Но, если можно так сказать, в глубине души, здание, кажется, хотело быудержать детей, получитьпозитивные эмоции, но почему-то отталкивало их, чуть ли не сильнее прежнего. Или не «почему-то», а «что-то»…