Вопрос был не на грани запрета, а далеко за ней, а значит и отвечать магистр не спешил, понимая всю щекотливость ситуации. С другой стороны, подозревать конкретного адепта даже в тени симпатий к Ордену Семи Заветов и Церкви Искупителя было бы… не совсем разумно. Шансы на вынужденное сотрудничество тоже являлись минимальными, потому как Ивейна Стурм по существу была в подвешенном между жизнью и смертью состоянии как раз по вине этих организаций.

— Допустим, что вы находитесь под действием дурманного зелья… — Ксаррдас прищёлкнул пальцами, между которыми заискрили молнии. — Лучше вам побыть здесь, а я так… сижу и жду, когда не самый худший из адептов придёт в здравый рассудок. Сказанное в изменённом состоянии сознания преступлением не считается, равно как и недонесение и выслушивание. Я, как магистр, разбирающийся, помимо прочего, в алхимии и целительстве, могу подтвердить, что ваше состояние очень похоже на действие кое-каких составов. Равно как и то, что у меня, как отвечающего за всех мистиков провинции, есть возможность разрешения ВСЕХ ситуаций. Даже для приведения в чувство такого неожиданного гостя как вы, адепт Гринспэйн.

— Тогда позвольте «одурманенному адепту» продолжить.

— Выговориться полезно… для приведения себя в чувство. Продолжайте… я вас всё равно не слушаю. Я сейчас целитель Ксардас, а не магистр Ковена.

Игра слов, но оба её понимали. Лэйр, посматривая на часы, увидел, что время практически подошло к нужной черте. Слова же магистра о «возможности разрешения ВСЕХ ситуаций» были тем, что он и надеялся услышать.

— Мой друг и наверняка неплохо известный вам адепт Рольф Штайгер не только маг Пространства, но и отличный призывающий. Просто не стремившийся до поры заявлять об этом. Но уже первая его заявка оказалась весомой, а сейчас состоится и вторая.

— Не совсем понимаю, при чём тут таланты адепта Штайгера и о каких «заявках» вы говорите?

Лэйр, любящий пунктуальность, удостоверился, что истекли последние секунды до назначенного Рольфом срока, заметно изменился в лице, став предельно серьёзным, после чего отчеканил:

— Орденцы, надзирающие за проведением ритуала, уже мертвы. Мои друзья готовят полный, двусторонний проход в Лимб. И он будет сильнее того, который Рольф открыл ночью в Арле Той самой ночью, когда сдохло немало орденских и церковных ублюдков. Вы уже ничего не измените, а если даже и удастся… Жрецы Искупителя сначала убьют немало ни о чём не подозревающих наших, а затем, пленив оставшихся, установят, что тот пробой в Лимб и этот созданы одним человеком. В результате Выжгут большую часть Ковена. Просто так, как урок для других. Страх и ужас — это в их стиле, это они умеют. Участь хуже смерти, стоя на коленях, или шанс не только выжить, но и стать свободными от удавки на шее.