Из вредности он даже сходил к эко-активистам, и последние этапы мероприятий прошли под их скандирования «Уву — лучше всех, ЭкзоТех — ждёт успех».

Вымотанный и усталый, Саша тем не менее улыбался невероятно искренне. Просто представлял, как перекосит Леопардовну, и губы сами растягивались в улыбке.

Даже угроза «Мы обязательно познакомим вас с уву и дадим подержать на ручках» не заставила её поблёкнуть.

⊶Ꮬ⊷

Даже зная о странном выверте местного сознания, Рогозин продолжал ходить на работу пешком. Причём предпочитал утренний час пик, дабы послушать, о чём говорят. А говорили много, особенно с учётом того, что служба безопасности, в прошлый раз осаженная Ирочкой Ермолаевой, вновь закручивала гайки. Очереди росли с каждым днём.

Рогозин понимал, что рано или поздно придётся заняться и этим вопросом, но пока такое положение дел было ему на руку: как много всплывало в чужих недовольных разговорах… К тому же Саша хотел примелькаться. Лиц новых много, но одно дело, когда тебя о руководстве расспрашивает незнакомая морда, и совсем другое, когда сплетничаешь с тем, кого каждый день видишь рядом. Пусть даже всего несколько минут на проходной или за соседним столиком в столовой.

Сегодняшним утром, как не раз бывало и до этого, Саша оказался в очереди по соседству с Тётушкой и Солнышком. И тот рыжий парень — Стасик, как его называли обе женщины — тоже стоял рядом.

— Опять застряли, — цокнула языком Тётушка. — Что на этот раз, интересно?

Сейчас они находились достаточно близко к проходной и могли наблюдать своими глазами всё, что там происходило.

— Опять Борисыча не пускают, — прокомментировала Солнышко.

— Как бы он очередной инфаркт не схлопотал.

«Может, вмешаться?» — задумался Рогозин, которому было отчаянно жалко этого интеллигентного вида пожилого мужчину.

— Не думаю, — Стасик оторвался от вижулика, оглядел злящихся охранников, суетящихся вокруг пищащей рамки, через которую нужно было пройти, чтобы оказаться на территории компании.

Борисыч как раз вывернул все карманы, снял куртку и в очередной раз прошёл сквозь арку. Она и не подумала затыкаться.

— Почему не думаешь? — удивилась Солнышко.

Стасик ещё немного понаблюдал за происходящим: на Борисыча реагировал каждый прибор, к которому его подводили.

— Смотри, какой вид у Борисыча хитрющий, — заметила Тётушка, забив на молчание рыжего.

Все в их небольшой компании понаблюдали, как охрана, сдавшись, проводит его на территорию, несмотря на орущие аппараты безопасности. Рогозин нахмурился. Явно же не случайность!

К проходной подошёл ещё один мужчина чуть младше Борисыча. И всё повторилось.