Скорее всего тут ты будешь свободен ровно до другого кластера, если не спеленают раньше. А затем снова, пять, десять, пятнадцать.

— А есть те, кто получил свободу? — Спросил Раиль.

— Всего один, — загадочно произнёс Юнг. — Но он вернулся назад. Видимо ему так понравилось, что он решил не останавливаться.

Взгляд Юнга зацепился на стоящего в конце линейки Семёна и усмехнулся. Сёма сейчас представлял жалкое зрелище, его вид был настолько несчастным, что даже жёсткий капрал ничего не сказал.

На этом вступительное слово окончилось. Нас провели к вытянутым баракам у стены, мимо тренирующихся людей, которые проводили новеньких безэмоциональными взглядами.

Внутри оказался узкий проход между двумя этажами нар. Даже не кровати, а безумно большие нары, обитые войлоком и застеленные матрасами с куцыми матерчатыми покрывалами. Подушек не было вовсе.

Первый и второй этаж, вот тут спали рабы.

Желудок снова сжался от голода, издавая утробный звук. Меня поддержали ещё несколько рабов. Близился вечер, а мы даже не ели.

— Сначала первая тренировка, а потом вас накормят. — Сказал провожающий Суори, которого выделил Юнг. — Снимайте тряпки, оголить торс, у вас одна минута, стройся перед бараком.

Рабы разделись, в углу барака образовалась здоровенная гора дурно пахнущих тряпок, по недоразумению названных одеждой. Вернее они когда-то были вещами, но после всего пережитого им пора на покой.

Все вышли и построились. Я смотрел по сторонам максимально равнодушно. В отличии от всех остальных я тут по своей воле. Меня радовала перспектива биться против других синекожих, я ждал момента, когда нас выпустят.

Суори выданный Юнгом проводил нас к самому капралу, мы заняли своё место возле десятков других бойцов.

— Взять оружие вон там. — Синий указал на стенд и гору муляжей. — Разбиться на пары, первая тренировка будет прямо сейчас, и я буду рад, если кто-то из вас скот, сдохнет, меньше проблем.

Рабы тут же пустились выбирать оружие. Я неспешно прошёл туда же и выбрал большой двуручный меч. Напротив меня встал Раиль, довольно улыбаясь, он вертел в руках саблю.

В прошлом, я много времени уделял тренировкам с оружием. Это впиталось в меня с кровью и потом. Могущество магии долгое время давало мне преимущество, я не обращался со сталью, но сейчас пришло время вспомнить былое.

Двуручник был выбран неспроста.

Воевода отца тренировал меня благородному бою на рапирах, но сейчас другие времена. Суори крупнее и сильнее, но вот загвоздка, я не уступаю по силам. Нет смысла резать их рапирой, почти нереально, а вот здоровенным двуручников, можно разрубить напополам.