Тот грузанулся, затем снова начал шептаться на немецком с Гансом. Грач вон сидит, уши навострил, он же немецкий у нас знает. Если будут говорить что-то не то, сразу нам скажет. Михаил сказал, что капитан немного говорит по-Русски. Видимо Великая Отечественная всё-таки наложила свой отпечаток на тех, сбежавших фрицев, что аж через столько лет их дети учат наш язык.

— Сколько диверсантов и каков груз? — через пару минут по-деловому спросил он.

— А сколько может взять ваша лодка? Мы не знаем её характеристики.

— 10 человек в полной экипировке и килограмм 300 груза. Лодка не большая. Но таким количеством людей вы не возьмёте лабораторию. Там и гарнизон большой и вооружены они хорошо. Плюс на постах тяжёлые.

— Это наши проблемы — ответил я.

То, что у нас есть другой план как разгромить лабораторию, мы ему естественно говорить не будем. Нам бы лишь бы на берег высадиться.

— Доставить сможете?

Тот вздохнул, перекинулся парой фраз со своим напарником и спросил.

— Сколько вы готовы нам заплатить? Нет не так — он немного подался вперёд, стараясь скрыть охватившее его возбуждение — нас интересуют не деньги, интересует золото, и кое-что ещё.

Вот, пошёл деловой разговор, а то невозможно, самоубийство и так далее. Всё-таки я прав. Он контрабандист и наверняка ни раз ходил по лезвию, а золотишко любят все. И они уже поняли, что с нас можно по-крупному срубить и надолго себя обеспечить. Но что ж, мы к этому готовы. Ведь он не знает про наши миры и сколько у нас различных ценностей и возможностей.

— Золото так золото — пожал я плечами — а кое-что ещё это что?

— Вы, точно из другого мира и у вас наверняка есть то, чего нет у нас. Я имею ввиду различные приборы. Вот, например, такие штуки — он дотронулся рукой до лежащей на столе рации Тумана — это же ведь рация?

— Да.

— Можно?

О как, сразу вежливый такой стал. А он молодец, начинает мне нравится. Думает на перспективу.

— Можно.

Аккуратно взяв рацию, он начал крутить её в руках. По тому, как эти двое рассматривают её со всех сторон сразу стало понятно, что им это интересно. Тут Туман молодец, добавил.

— Радиус действия на открытом пространстве около 10 километров, в условиях леса и гор до пяти. Работает от минус 40 до плюс 50, не боится влаги, пыли, грязи, воды. Диапазон такой, что перехватить разговор тут скорее всего невозможно. Мы конечно точно не знаем возможности немецких раций, но скорее всего нельзя. К ним ещё есть гарнитура.

— Что это?

От гарнитуры они вообще были в полном восторге. Мы им даже дали вторую рацию и они, отойдя метров на 20 друг от друга пообщались. Вернулись за стол очень довольные и возбуждённые. Тут я понял, что мы точно договоримся. Дальше показали им прибор ночного видения. У немцев тут конечно такие были, но наш компактней и картинка лучше, тепловизор показали, Митяй один из прицелов притащил. Обвес свой показали, даже выстрелили в снятый с Грача бронник из Арканита из пистолета с глушителем.