Рыжего таки с мачты сдуло, либо он просто сорвался. Ох как же он орал, когда летел вниз, услышали все, я думал всё, капец Рыжему и мы сейчас будет отскребать его от палубы, но грохнулся он в воду, Паниковский молодец, среагировал быстрее всех. Он там с ним на мачте сидел и сиганул в воду за ним, не знаю зачем, но сиганул. Рыжий плавает очень хорошо. Вылавливали их уже двоих, держали они там друг друга, причём Рыжий больше держал Паниковского, чтобы того не унесло куда, он же лёгкий пипец.

Вытащили, убедились, что сними всё в порядке, нервно поржали, Рыжему отвесили пару пинков, чтобы держался крепче, Паниковскому пожали руки, похвалили и отправили их в трюм сушиться и отогреваться. Рыжий гад сразу про ром спросил, подозреваю, что он спецом вниз прыгнул, чтобы бухнуть, Туман запретил его пить до суши.

А Паниковский да, с моей лёгкой подачи прилипло к нему это прозвище мгновенно. Его так даже сами французы начали называть, с диким акцентом конечно, но называют, а вот матерятся по-нашему уже все. Ну вот почему? Почему все иностранцы первым делом запоминают наш мат? Туман говорил же всем, не матерится, нечего развращать нашим матом предков, но нет же, бесполезно.

Бухта мне понравилась. На море как раз небольшое волнение началось, снег пошёл, ветерок поднялся, а тут тишь и благодать. Не, снег то конечно идёт, но как только мы следом за Антаресом вошли в бухту вода сразу стала более спокойной. Вход в бухту конечно хитрый, с моря, не зная, что она тут есть и не заметишь вход.

Вдоль берега одни скалы с минимум растительности и вход в бухту немного кривоватый.

Сразу увидели стоящий на якоре наш "Константин", а на берегу, на небольшом участке под скалами два костра.

— Ну как местечко мужики? — весело спросил в рацию Хобот.

— Мне нравится — честно ответил Туман в рацию.

— Мне тоже и мне — посыпалось от пацанов.

— Вон грот видите? — спросил Хобот.

— Чё?

— Ну дырку в скале сухопутные.

— Видим.

— Там внутри хорошая площадка, в ней как раз укроемся от непогоды, а на берегу где костры горят пожрать приготовим, хотя сейчас снег идёт, внутри все будем, места на всех хватит.

Спустя несколько секунд из грота вылетели две парящие платформы. Пришвартовались мы метрах в 50 от "Константина", Риф сказал так сделать, мало ли волна поднимется, чтобы корабли не ударило друг об друга и метрах в 50 так же бросил якорь наш парусник.

Платформам пришлось сделать несколько ходок, прежде чем нас всех, ну кроме дежурных на кораблях перевезли внутрь.

Снова у французов глаза по пять копеек. Каждый из них сойдя на платформы свесился вниз и кажется не мог поверить своим глазам, как так эти штуки весят над водой на метровой высоте и ещё передвигаются.