в разные стороны шахты. Мы же не знаем, откуда снайпера будут по нам стрелять, они, вон, сволочи, постоянно перемещаются, выстрелы то с одной, то с другой стороны, да и не один там этот снайпер, вроде трое, точно, есть. — Гыы! — снова выдал Малыш. Я, достав зажигалку, сначала поджёг небольшой факел, затем мяч. Сначала он никак не хотел разгораться, затем зачадил так хорошо, чёрный и едкий дым так и попёр! — Давай, Малыш, — кивнул я. Тот тут же взялся за верёвку и, пару раз крутанув над головой, запулил его в сторону. Мы все смотрели за полётом дымящегося клубка. Тот, пролетев достаточно хорошее расстояние, шлёпнулся на плац и, прокатившись метров десять, развалился, но дыма от него было — будь здоров. По крайней мере я отсюда не видел, что там за ним, чего уже говорить о снайперах, которые за шестьсот метров отсюда сидят. — Молодец, Малыш, — хлопнул в ладоши Туча, — метров на шестьдесят-восемьдесят точно закинул. Такими штуками вокруг всё обкидаем — хрен нас хоть один снайпер увидит! — Теперь всё это взяли и быстро развезли по укрытиям, — тут же отдал команду Туман, — ты, — ткнул он пальцем в одного из Хватальщиков, — скажи Рейдерам, что им нужно делать. — Хорошо, — спокойно кивнул тот. — Только по команде! — Туман постучал по висевшей у него на поясе рации. Прошло ещё пару часов. На моих почти три часа дня. Мля, где же Грач-то с пацанами? Их помощь нам сейчас точно не помешает. Неужели мы действительно так далеко уехали на эшелоне от базы, что они до нас никак добраться не могут? С другой стороны, я частично видел дорогу, по которой мы сюда ехали, и понимал, что в нескольких местах через горы, где шла железка, проехать им будет очень и очень сложно. Ну ничего, там Полукед есть, Юп, опять-таки, найдут они проход, обязательно найдут. Ох, как было бы хорошо, если бы они появились тут до подхода основных сил бандитов с базы. Нас, вон, уже к земле прижали, а что будет, когда по нам начнут лупить из пушек Белазов, я вообще предпочитал не думать. — Ежиииии!!! — внезапно слева заорал кто-то во всё горло. Заорал так, что у меня сердце тут же ухнуло куда-то в район желудка. — Ежи прут, мужики! — тут же подключился ещё один, особо горластый мужик, — на северный въезд катятся. Моё сердце, а потом и желудок упали куда-то ниже, прям в мои ботинки. Северный въезд-то вон он, мы почти напротив него сидим. Высунувшись из окопа, увидел картину и просто охренел. Из леса, по направлению к этому въезду катились ежи и из-за деревьев выезжали всё новые и новые эти создания. — Доклад,