тут же ещё один поворот налево. Вон эти только что тут проехали. Земля разрыта колёсами, две колеи. Быстро перекладываю руль и добавляю газу. Снова дрифт по земле. Охренеть, какой же приятный звук этого рычащего двигателя! Проходим весь поворот боком. Слива, бросив автомат на пол, вцепился руками в ручки и зажмурился. Я как-то успел посмотреть на него. Дальше прямая. Йеехууу! Газ в пол, выстрел. Я забыл, как дышать. Ударом вгоняю третью, переключение происходит меньше чем за секунду. Деревья по бокам слились в одну сплошную линию. — Поворот налево! — заорал рядом Слива и, отпустив ручки, за которые он держался, руками зачем-то упёрся в панель. Торможу на грани, поворот не очень крутой. Прохожу его на второй с добавлением газа. Двести метров, поворот направо, уже покруче. Тормоз. Врубаю первую, и передо мной открывается опять прямая, газ в пол. Вторая. В сиденье снова вдавило, задницу подкидывает. Третья. Успеваю посмотреть в зеркало. За нами летит куча земли, как на водном мотоцикле. Когда быстро плывёшь по воде, за ним такой бугорок из воды. Вот и тут так же из-под обоих колёс. Это значит, что этот Додж буксует на третьей по земле. Через несколько минут такой езды Слива заорал: — Вон они! — тыкая пальцем в лобовое стекло. Точно! Вон задница Импрезы виднеется. Видать, там не такой крутой водила, как я. Ха-ха! Щас мы вас догоним и задницу вам надерём. — Давай, Саня, жми! — заорал Слива и опять вцепился в ручки. Третья. 150. Лес мелькает. Тут я увидел, как Импреза оторвалась от земли на небольшом трамплине и, пролетев небольшое расстояние, приземлилась. Тот, кто сидел за рулём, с трудом поймал машину на дороге. С деревьями справа еле-еле разминулся, но машину выровнял, ну и скорости потерял прилично. Наша Гадюка для таких прыжков не предназначена. Тормоз в пол, защёлкала АБС. Вот он — трамплин. Субару уже не видно. Там дальше поворот направо. Успел практически оттормозиться перед этой горкой. Машину совсем чуть-чуть подкинуло, но колёса от земли не оторвались. Дальше снова прямая. Вторая, газ в пол. 10 цилиндров взревели, и нас вдавило в кресла. Вот и поворот. Я, кажется, даже моргнуть не успел. Влетаем в него и, опа… Выезд на Плато! А там уже столб пыли, и пытающуюся уехать от нас Импрезу очень хорошо видно. — Всё! — громко сказал я, закрывая окна, когда вы вылетели на Плато, — теперь они от нас никуда не денутся. Сколько бы лошадей в ней ни было, максималка ограничена 250 километрами в час. Не думаю, что они сняли на ней ограничитель. — А мы сколько можем