Вышли пройтись вдоль реки, наблюдая за праздничными приготовлениями в поселении. Люди все ходили радостные, предвкушая что-то чертовски хорошее и приятное. И я не про попойку после – радовались самому обстоятельству праздника. Шутка ли, впервые за знамо сколько веков новый город на Юге закладывают, и они участвуют в этом. И детям-внукам потом расскажут. Женщины наряжались в парадные юбки и платья, пестрящие всеми цветами радуги. Мужчины надевали не менее парадные камзолы и шляпы. И даже голытьба из лодейной обслуги, и та пыталась щеголять в доступном. Только в порту шла работа – под погрузкой стояло две посудины с валенсийским флагом. Имея на руках фьючерсы на зерно, Луидор поспешил прислать гуманитарную помощь в виде всего свободного железа, что смог найти в Валенсии. Этого мало, не хватит, но письмо насчёт чугуна послал ему сразу несколькими голубями и курьерами. В горной Валенсии, утыканной железоплавильными мастерскими, должно быть полно отвального чугуна – тут пока нет пушек, и, соответственно, ядер, на которые можно утилизировать сей ненужный отходный для местной металлургии материал. В общем, задарма (задёшево) к нам привезёт осенью всю некондицию, какую найдёт, и, надеюсь Дорофей даст ей ума. Но пока часть лодий из этого вольного бурга шла вообще не к нам; сюда, лишь разгрузившись, заходила на загрузку зерном перед возвращением домой. Что ж, я не один на Земле, а у валенсийцев полно других контрактов и контрагентов. Нужно своё железо! Плохое, но своё! Иначе скирда.
Ещё два пирса стояли под постройкой. И эти были уже не временные деревяшки на кое-как вбитых сваях, тут Никодим приказал вбивать в дно толстые брёвна, попутно отсыпая землёй вокруг сходящиеся молы. Вдающийся в берег искусственный залив, где нет и не будет течения. А землю для отсыпки берут изнутри зоны залива, которую потом осушат и построят прочный каменный пирс на отменном основании. Я уже видел мешки с раздобытым где-то путеоланом. Будет это нескоро, но дорогу осилит идущий, и рано или поздно и у нас на улице перевернётся КАМАЗ с пряниками. Здесь люди тоже работали, но перед церемонией и они закончат – праздник же.
- Говори, Йорик, - кивнул я, когда отошли достаточно далеко. – Что такое, чего вчера не сказал?
Ярл не умел лицедействовать, а потому посмотреть на его ужимки стоило. Наконец, честно признался:
- У тебя светлая голова, граф. Но надо было тебя пронять. Загрузить. Чтобы ты подкоркой почувствовал угрозу. – Стыдливо посмотрел через зону строительства на гладь Белой вдали. Здесь она расширялась, течение снижалось, но была достаточно глубокой для прохода судов класса «ладья». А пока больше и не надо.