ты будешь спасать ситуацию так, чтобы твоего, божественного вмешательства был минимумский минимум? Она отрешённо покачала головой. — Я не знаю что высшие силы могли сделать, — уверенно, со злостью в голосе продолжил я, — но знаю что СДЕЛАЛИ, чтобы ситуацию выровнять. Поскольку всё упирается в Рикардо Пуэбло, подчеркну, обречённого Рикардо Пуэбло, который ничего не решает и не способен ни на что повлиять, высшие силы просто убрали его с шахматной доски, позволив ему трахнуть замковую лекарку, которая его пришибла. Если бы он не захотел её трахнуть сам, его бы к этому подвели. А может и подвели — мы не знаем, как работают эти ребята. Но в момент, когда Рикардо «отошёл», в него всунули другого человека. Некого Наумова Рому. Почему именно его — хрен знает, но у высших сил своя логика, и с них за поступки не спросишь. Я ещё раз подчеркну, божественное влияние должно быть минимальное. Оттого не строю надежд — если накосячу, меня никто за уши спасать не будет. Умру, как все, ибо как все смертен. Придумают вместо меня кому королевство спасать. Но они посчитали, что я смогу сделать то, что не мог он, вот и внедрили в его тело. Не спрашивая, хочу ли я, а я, знаешь ли, не хочу. У меня дома семья, родители. Сестра в Вологде. Я, мать его, люблю их! Скучаю! — Кажется, меня накрыло, вот-вот взорвусь, но было пофигу. — ДА В ГРОБУ Я ВИДАЛ ВАШ ГРЁБАННЫЙ МИР!!! — заревел я. Отпустило. Последнее я проорал с донжона на всю округу, и только сейчас почувствовал жар вокруг. Я пылал, и это слабо сказано. Потух. Мгновенно. И что самое странное, в этот раз пламя бушевало на небольшом расстоянии от тела, и вся одежда… Не сгорела. Некоторые места оказались подпаленными от температуры, но целенаправленно их огонь не коснулся. Астрид, выпучив глаза, упала на пятую точку и задом отползла, уперевшись спиной в зубец другой стены. Она боялась. Узрела не просто мою мощь, но и мой настрой. И что я не буду подмазываться и оправдываться. Не хочет принимать какой есть — чёрту! Всё к чёрту. — У вас нет канализации, — усмехнулся я, медленно на неё наступая. — Думаешь, это приятно, срать в дырку в подвесной башне в замковый ров? Особенно зимой, а эта башенка не отапливается? Подтираться грязными видавшими виды лоскутками, ибо нет бумаги, чтобы подтереться нормально? У вас в принципе нет бумаги, писать не на чем! Вот в чём трагедия! У вас нет лифтов — с высоты девятого этажа по нескольку раз в день мотаться вверх-вниз, иногда в доспехе. Нету машин, нету почты, нету интернета в конце концов! Ты ничего