люди матерятся так же и прекрасно знают, что происходит, но предпочитают играть в несознанку. Короче, больная тема. И меня это так люто бесила эта вся хрень, что сейчас, глядя на родную дочь, хочется ей дать пизды, чтоб сразу выбить эту дурь. Не хочу, чтоб она была ещё одной гопницей с подворотни, как я. Хочу, чтоб выросла нормальной девушкой и воспитала нормальных детей. — Короче, тобой займутся. — Ты мне не отец, чтоб указывать, — попробовала Фемия встать в позу. — Отец, Фемия. Я Констанции накляузничаю про тебя, пусть пиздюлей тебе выпишет немножко за это, — с удовольствием поведал ей о своей будущей мести. — Ма не говори! — тут же встрепенулась она. — Скажу. Фиалка всё равно о тебе настоящей рано или поздно узнает. И я не думаю, что ему будет такое приятно. К тому же я вижу, что ты можешь нормально разговаривать, однако воспитания не хватает. — Раскомандовался тут, — обиженно буркнула она. — Ма из-за тебя мне вставит. — Потому что здесь я главный, а ты не умеешь себя вести, — пожал я плечами. — И вообще, вставляет мужчина женщине, а тебя будут наказывать за твоё поведение. Кстати, раз уж зашла речь о Фиалке, как ему была идея сюда перебраться? — Ему было плевать, — буркнула она. — Ему в принципе на подобное плевать, но… что происходит? Ма какая-то расстроенная. И это всё опять из-за тебя, да⁈ — Да всё норм, — отмахнулся я. — В любом случае вам придётся сидеть здесь пока. — Твои подковёрные игры, — вынесла она вердикт. — Твоя мать тоже этим занимается, так что не надо на меня смотреть таким взглядом. — Моя ма занимается ими честно! — А бывают честные подковёрные игры? — удивился я. — Ну-ка, ну-ка, удиви-ка меня ещё чем-нибудь. — Отвали, — обиделась она. Отлично поговорили, конечно. Однако, с другой стороны, Констанция потом ей вставила за её поведение. Сам видел, как та дала ей пендаля и подзатыльник, крича на Фемию, что если она хочет быть принцессой, то должна вести себя подобающе. А от Фемии только и слышалось: — Ну ма… — Какое ма, Фемия⁈ Какое ма, в лоб тебе табуреткой! Ты вообще дура⁈ Я тебе говорила вести себя как положено девушке⁉ Тебе даже Патрик замечание сделал! Даже он! Ты что, дочь шалавы⁉ — Я твоя дочь! — обиженно заявила Фемия. Но вообще Констанция права, Фемия действительно дочь шалавы. Такой, что та была готова трахаться со всеми подряд и мечтала, что её выебут зэки толпой. — Вот именно! Ты моя дочь! А ведёшь себя как челядь! Это что такое, мать твою за ногу⁉ — и хуяк ей подзатыльник. — Чтоб я вообще не видела такого поведения, — и хуяк