говоришь? Это был поцелуй, причём с твоей сестрой. Да, извинений требовать там или стукнуть, но у нас уже веков так пять не смывают кровью обычный поцелуй. Он же не изнасиловал её. — Это посягательство! — Какой кошмар, — наигранно ужаснулся белоснежка. — И ты пришла из-за такой глупости бить ему морду? — Не глупость это! — она топнула ногой, но это не выглядело мило, как обычно. — Я требую расплаты! — Слушай, Юи, харе ерунду городить. Он не тебя целовал, а Юми словом не обмолвилась об этом, — встал на мою защиту Чмоня. — Следовательно, её это не волнует. Пришла бы она сюда, другой разговор был бы, но её здесь нет, так что конфликт исчерпан. К тому же я сам видел, как твоя сестра разговаривает с ним в библиотеке постоянно, следовательно, обиды на него не держит. Лучше идём с нами, повеселимся. Он миролюбиво протянул руку, словно приглашал её на бал. Но кажется Юи была сама себе на уме, и такой исход её не радовал. Она сделала шаг в мою сторону и только сейчас я понял, что на ней было что-то типа утеплённого кимоно вместо обычной зимней мантии. Не сказать, что большая разница, но… Своё «но» я проглотил вместе с ударом в морду, от которого отлетел в снег. В глазах вспыхнуло и потемнело, после чего вновь начали возвращаться краски мира. В голове неприятно гудело. Парни выглядели слегка ошарашенными, как в прочем и я. Такой юркости от девки никак не ожидал. Она словно телепортировалась сюда. Оке-е-ей… может я и заслужил удар по морде за поцелуй её сестры… Но блин, больно! — Окей-окей, я прошу прощения у тебя, хорошо? — хоть в голове всё и гуляло, но я всё же встал, примирительно подняв руки. Из носа по губам текло что-то тёплое. Ладно… пусть, предположу, что для неё это очень и очень важно. — Я не хотел обидеть ни твою семью, ни твою сестру. К тому же я её видел, и она не была зла на меня. Даже слова не сказала. Но я потом пойду и попрошу прощение у неё, хорошо? И у тебя я прошу прощения. Мир? Я примирительно улыбнулся и протянул руку. Блин, это был поцелуй, а ты мне нос сломала и чуть зубы не выбила! Это больно! И вообще, твоя сестра знает о том, что ты делаешь? Почему ты предъявы кидаешь, а не она⁈ В принципе я был готов и прощение попросить, так как всё-таки грешок за мной был. Да и в универе я стал более миролюбивым под гнётом постоянного спокойствия и дружеского отношения. Правда сейчас всё миролюбие стремительно неслось к нулю. Кончилось ли на этом всё? Да нихуя! Мой миролюбивый голос не вызвал у неё и грамма сомнений или элементарного уважения к извиняющемуся.