вышла из палатки. На мгновение мне показалось, что она хотела что-то ещё мне сказать. Просто буквально секунду оглянулась, приоткрыла рот, закрыла, и вышла, оставив меня одного. Церемония. Ещё один геморрой, без которого, судя по всему, не обойтись. Но я, как истинный воин, покоритель неизведанных земель и бла-бла-бла был готов пойти на такие жертвы во имя будущего нашей цели. Да-да, вот на такие жертвы я готов идти. Но даже будучи таким уверенным в себе я не мог предположить, как сильно мне предстоит помучиться. — Это пиздец, — пропыхтел я, укутанный в толстенный подоспешник, который был толщиной, наверное, в ширину моей ладони, и тяжёлую броню доисторического вида. Не буду отрицать, что выглядит она эпично, но чувствую я себя как бочка на ножках. И ровно такой же поворотливостью обладаю. — В этом вообще кто-нибудь ходит? — Возможно когда-то, — уклончиво ответила Юми. — Традиции наши корни берут из прошлого дальнего, Мэйн. — Серьёзно? Я внимательно посмотрел на Юми, которая выглядела сейчас конкретной жирухой. На неё, как я понял, нацепили аж пять толстых кимоно, отчего она стала ровно такой же кругляшкой, как и я. Попутно её обмотали поясом, обвешали всякими побрякушками, которые по весу могли соревноваться с моей бронёй. А ещё огромнейший тюрбан на голове и слой штукатурки. Спорнём, что там в сантиметр толщина? — Если ваши корни настолько глубокие, Юми, нахрена тебя так укутали? Вы что, на севере жили раньше? — Традиции. — Откуда ваши традиции берут начало? — поинтересовался я. — Прошу тебя я, Мэйн, травить не надо душу мне, отравлена и так она. Всем тем, что произошло. Я еле сдерживаюсь сейчас. — Отчего? Юми посмотрела на меня тяжёлым взглядом и ничего не ответила. Интересно, она там не сварится за время этого ритуала? Хотя уже через тридцать минут я беспокоился о себе родимом. — Я сейчас сдохну… — пробормотал я. А ведь это всё только начало. — Не умирай… — пробормотала одними губами Юми, — без меня. Прохожу второй раз уже я это… Не хочу даже представлять, какого тебе. Я серьёзно. Наши празднества перенесли в главный зал столицы. Естественно, проводить его на площади перед руинами дворца, что залита кровью, или на пяточке, который остался на склоне, было так себе идеей. Потому, когда я нашёл Юми, она сообщила мне новость, что нам нашли другое место. Конечно, поменьше размерами, чем зал во дворце, однако тоже внушительный. И сейчас мы перешёптывались, сидя на стульях и принимая поздравления тех, кто только что сам недавно пытался схватить Юми за яйца. А