— Юми, — позвал я тихо её, когда подошёл ближе. — Время. — Время, — тихо повторила она за мной. — Скоро сюда прибудут войска. Нам бы дать клятву. — Прав ты был, — тихо сказала Юми. — Залил ты это место кровью. Убил ты всех, кто только мог мне к власти помешать прийти. Я действительно виновата перед тобой и пред сестрой. — Ты не виновата передо мной, — покачал головой я. — Я… — Чудовище простое? — посмотрела на меня Юми. — А решает кто, быть кому им иль не быть? — Общество, — пожал я плечами. — Общество, — пробормотала она. — Иногда заставляет идти общество нас на поступки кошмарные, надеясь, что монстрами станем мы. Оно чудовищами хочет видеть нас. Но настоящее чудовище лишь то, что «хватит» вовремя сказать не может. Можешь вовремя ли ты хватит себе сказать? Остановиться, обернуться и пойти назад? — Наверное… наверное уже нет. Я не знаю, за что борюсь, и не понимаю, чего хочу. Почему хочу, чего меня так тянет хрен знает куда. А тот, кто знал это, уже погиб. — Тогда самое время подумать, — тихо сказала она вставая. — Пустота в твоей душе понятна, как и в моей. Но только сейчас мы можем себя спросить, когда на всё нам наплевать. Чего хотим мы по итогу? Она протянула руку, которую я через несколько секунд раздумий принял. Не знаю, чего думал, просто в голове прокручивались какие-то мысли. Юми подвела меня к краю обрыва расположив прямо в центре. Я был готов если что дёрнуть её обратно, но, к моему облегчению, Юми не собиралась ни кончать жизнь самоубийством, ни делать иную глупость, что отберёт мою или её жизнь. В конце концов, её сестра умерла отчасти и из-за того, что хотела, чтоб её сестра жила. И это будет предательством, умереть сейчас. Юми тоже это понимает. Надеюсь. — Глаза закрой, услышь ты шёпот духов вековых, Мэйн, — тихо сказала Юми, и я послушно выполнил её указ, хотя и ничего не услышал. А она тем временем продолжила. — Я перед духами клятву даю, что человека этого в семью я приму свою. Скрепите клятву нашу, духи, свидетельством своим пред миром, что отныне и навсегда с ним мы муж и жена. Она едва не пропела это тихим печальным голосом. И едва она закончила, я словно услышал лёгкий шёпот. Едва слышимый, словно порыв ветра, который разносит листву. При этом сквозь него сквозила такая древность, что становилось даже немного жутко. Ложь в твоих словах сокрыта, но пусть будет так… Империя должна жить… Ей нужен правитель… Мы благословляем вас… Мы простояли после этого ещё минут пять, прежде чем Юми разрешила открыть глаза. — Слышал ты, что нам сказали?