Я не стал вынимать клинок, ситуация вовсе не была обостренной до подобной степени. Я не хотел убивать, в данной ситуации это было бы не совсем уместно, хотя прирезать насильников — как по мне, дело нужное и даже благородное. Увы, ситуация. Посему придётся просто поучить уму-разуму тех. у кого не хватает сообразительности понять, что насилие хорошо к врагам, конкурентам, но никак не к симпатичным представительницам противоположного полу, что никакого вреда тебе не причиняют.

Жалобный треск от вынесенного коленного сустава и сразу же вопль боли. Человек падает на ковер, схватившись за пострадавшую конечность и выпуская руку девицы нетяжелого поведения. Ничего, повоешь, а потом и прекратишь. Это даже не серьезная травма, если учитывать возможности магического исцеления. Так, урон по кошельку да самолюбию.

Но был еще второй, эльф. Его заостренные уши двинулись чуть назад, прижались, словно у рассерженного кота. Да и раздавшееся шипение больше походило на звериное, а не на человеческое:

— Ты умреш-шь, Контролер! Поднявший руку на членов Компании Осеннего Листа обречен.

— Иди сюда, ушастенький, — поманил я его рукой, одновременно доставая клинок из ножен. — Сойдемся, клинками позвеним, ведь у тебя эта железяка на боку не в целях покрасоваться привешена? Если же в этих целях… Тогда я тебя просто свяжу, отхожу ремнем по нежной заднице и отпущу жаловаться папе с мамой. Только девочку отпусти, она подвижность сковывает, биться неудобно будет.

По плавности движения, которым эльф извлек из ножен свой меч — узкий, с хитро сплетенной из полосок металла гардой — я понял, что боец неплохой, с таким будет интересно и почетно сразиться. Честно признаюсь, люблю достойных противников — риск велик, зато и вкус одержанных побед не отдает тухлятиной или откровенной банальностью.

— Ты самоубийца? — изумился я, видя, что девицу он так и не выпустил, грамотно держа в захвате так, что она служила своеобразным «живым щитом». — Мне достаточно сделать выпад на предельную дистанцию… Острие меча пройдет через нее и вонзится в тебя. Если даже не помрешь сразу, то я выпущу рукоять клинка, оставив вас приколотыми друг к другу, как канапе на палочке, после чего добью выстрелом, кинжалом или просто приемом из единоборств.

— Шлюшку что, не пожалеешь? — осклабился эльф, показывая свои безукоризненные, на зависть моим многочисленным стальным коронкам, белоснежные зубы. — Ты ж, такой бла-ародный человек, за нее беспокоился…

— Да плевать мне на неё двадцать два раза с высокой горки, — не совсем так, но в ситуациях с заложниками показывать беспокойство за них… Самое последнее и откровенно глупое дело, идущее на пользу лишь тем уродам, что любят ими прикрываться. — Мне вы оба сильно не понравились. Так что можешь утешиться мыслью, что в мир иной тебе составит компанию по дороге вот эта красоточка.