На обратном пути вспомнил, что забыл купить задачники. Ладно, отложим проверку «Автоучебы». Есикава-сан снова открыла мне дверь, потом, дождавшись пока я войду, спросила:

— Голоден? Я приготовила кацудоны.

— А это входит в ваши обязанности? — полюбопытствовал я.

— Конечно, — кивнула она, — Няня ведь должна кормить детей.

Удобно! Она помогла мне дотащить покупки до комнаты, и, с врученной мной кассетой «Тома и Джерри» в руках, вернулась в гостиную. Переодевшись в гандамовое, занялся домашней работой. Интересно, если с «автоучебой» у меня уходит на нее полчаса, сколько времени тратят на домашку мои друзья? Закончив, спустился в ванную, взял из шкафчика бритвенное лезвие. В коридоре столкнулся с выглянувшей из гостиной Есикавой-сан.

— Одзава-сан, зачем тебе бритва? — мягким-примягким тоном с максимально ласковой улыбкой спросила она у меня. Я хрюкнул.

— Не беспокойтесь, Есикава-сан, пьем чай и никакого суицида! — бодро выдал я и свернул на лестницу.

— Я вовсе не думала ни о чем таком, Одзава-сан, — пошла она за мной, — А ты часто думаешь о суициде? — невинным тоном спросила она. Разговаривать с кем-то, находясь к нему спиной — невежливо, поэтому я остановился и обернулся. Не ожидавшая этого Есикава-сан не успела среагировать и запнулась о предпоследнюю ступеньку, раскинула руки и начала падать на меня. Инстинкт самосохранения был мне не чужд, поэтому, имея сломанную руку и бритву в другой, счел за лучшее сделать шаг в сторону. Есикава-сан потешно шлепнулась на пол коридора второго этажа.

— Почему-ты не поймал меня, Одзава-сан? — возмущенно буркнула она, начиная вставать.

— Есикава-сан, не будь моя рука сломана, я бы с удовольствием смягчил ваше падение своим телом.

— Одзава-сан, попрошу тебя воздержаться от двусмысленностей. Я замужем, — одернув костюм, сделала мне выговор Есикава-сан.

— Переходный возраст, извините, — отвесив легкий поклон, зашел в комнату. Мне понадобится помощь Чико — одной рукой я не справлюсь, поэтому надо будить. Машинально почесав бритвенным лезвием щеку, сделал шаг к спящей сестренке.

— Одзава-сан! Что ты делаешь? — тем же милейшим тоном, что и внизу, спросила Есикава-сан.

— Мне понадобится рука, — широко улыбнулся я ей, сделав еще шаг.

Есикава-сан быстро загородила мне путь к Чико. Я хохотнул:

— Это была метафора. Вы не подержите? — аккуратно протянул ей лезвие. Она приняла его немного дрожащей рукой. Обойдя няню, потрепал Чико по голове.

— Чико, просыпайся.

— Братик, уже утро? — отреагировала сестренка.

— Нет, еще вечер. Ты голодна?

— Не-а. Есикава-сан меня покормила, — покачала она головой.