— Ты мог бы присоединиться к нам.
— К кому?
— К сопротивлению, — тут уже я пошел на хитрость. Хотя, я почти сразу засомневался, нужен ли нам такой союзник…
— Что? Ох, не надо, — рассмеялся собакоголовый и замахал жилистыми лапами. — Никогда не любил орков, да и вообще… Я слишком стар для этого. Войн тут не было давно, по крайней мере больших. А мелкие стычки с дикими кочевниками, перевозка контрабанды — вот мое призвание. Меня все устраивает.
— Да только ты не выглядишь старым, — возразил я. Дальше убеждать не стал. И так все понятно.
Через полчаса наш кратковременный привал был окончен и мы уже собирались тронуться в путь, когда тролль Гыр-Дыр отчего-то заволновался. Пум-ба тоже начал нервничать.
— Эй, в чем дело? — спросил Бензобах, заметив перемену.
— Дикие! — нахмурился Омар, схватившись за арбалет. — Ах, черт! Это налетчики! Приготовьтесь!
* * *
— А эта штука быстрее, чем я думал! — заявил Лектор, поделившись восторгом с Керном. — Гляди, гляди как мы высоко!
— Угу. — выдохнул побледневший тролль. Его жестко укачало. Сердце бешено колотилось, появилась одышка. Желудок скрутило в трубку.
И вот ведь любопытный факт. Керну было хреново, а второму подсознанию нет. Это обрадовало Лектора — возможность подгадить соседу по черепу, не могла не радовать.
Винтокрыл машина быстрая, но через чур резкая. Ас Либин-Хан, облетая низкие облака, перекладывал руль то вправо, то влево, отчего маньяка быстро укачало. Он едва сдерживался, чтобы не запачкать салон наполовину переваренным завтраком. Хотя, какой тут на фиг салон…? Так, один бамбук, да кожа.
«Сокол» продолжал выписывать виражи.
Керн думал только о том, что содержимое желудка все-таки придется куда-то пристроить — терпение и возможности были на исходе.
— Что ищешь? А понимаю! Знаешь, что? — веселился Трахтенберг. — Ты можешь наполнить флягу. Она все равно пустая, горлышко там широкое. Ну?
— Не хватит… Слишком маленькая. — бледно-зеленый тролль едва сдерживался.
— А это… Как наполнится, ты отхлебни!
БИНГО!
Прием был коварный, просто уничтожающий.
Либин-Хан аж перепугался, когда тролль сорвался с места и судорожно просунув голову в смотровую щель, издал странный гортанный звук. Сокол накренился влево, отчего правый паровой двигатель недовольно завыл.
— Э-э, ты чего делаешь? — заголосил пилот.
— Открыть бомбовый люк! — хохотал Лектор.
Керн уже не мог говорить — его выворачивало. Завтрак посыпался вниз, чему местная живность несказанно обрадовалась.
— За-мол-чи-и… Буэ!
— Да-а, страдай! Страдай, как я страдал! — Лектор вошел в кураж. — Что, батенька, нехорошо? Физиология, бывает.