В сознание приходил медленно, рывками. Перед глазами то появлялись светлые пятна, то черные круги. Тело было непослушным и казалось совсем чужим, и оно болело. Нет, не так. Оно БОЛЕЛО. Каждая клетка словно кричала о своей тяжкой доле, заставляя искать более удобную позу, a каждое движение вновь вызывало приступы. Замкнутый круг, который так и не удавалось разорвать. Мелькнула мысль, что лучше просто полежать и подождать, пока боль не утихнет.

Замереть оказалось не проще, чем менять свое положение. Но, кажется, мне удалось.

«Хреновые последствия у анабиоза. Пожалуй, стоит написать об этом его создателям» мелькнула мысль и пропала, так как боль наконец-то немного утихла, и можно было открывать глаза.

— Лучше бы не открывал, — сказал, и ужаснулся собственному голосу. Скрипучий, словно курил с младенчества и тихий, тихий на столько, что уже в паре метров от меня звук исчезал.

A возмутиться было от чего, ведь засыпал я в спасательной камере, a очнулся на голой земле, да к тому же неизвестно где. Не то чтобы мне были известны все планеты, принадлежащие нашему союзу, но и полным профаном я не был. Так что с уверенностью в сотню процентов могу заявить — планет с фиолетовой атмосферой, тремя светилами и каменно-лесным ландшафтом там не было.

— Где же я? — вопрос без ответа. И чувство нарастающей паники, которая прямо заставляла срочно срываться с места и бежать. Бежать, не оглядываясь, пока не найду достойного укрытия. Интуиция это была или что-то еще — не знаю, но не ослушаться собственных чувств, ума хватило. Попытавшись побежать, столкнулся сразу с двумя проблемами: невозможностью бегать и камнем, об который я и стукнулся, когда упал.

— Черт, — прошипели мои потрескавшиеся губы. Кое-как поднявшись, для начала на карачки, пополз в сторону от места появления.

Выбирать дорогу особо не приходилось, было лишь направление, которое и выбрал то чисто интуитивно. Спустя минуту смог подняться на ноги, и шатаясь, словно после контузии, побрел в нужную сторону. Иногда мне удавалось обойти камни или ветки, но чаще всего нет. Царапины и ссадины уже покрывали половину моего тела, ветки и острые камни рвали одежду. И в очередной раз, после удара о дерево, когда пришлось сделать вынужденный перерыв, в голову ворвалась дикая мысль:

— Одежда! На мне другая одежда, у нас на базе не было такой!

Зачем кому-то доставать меня из медблока, переодевать и выкидывать на неизвестную планету? Что это за шутки такие? Но разум, тоже отходящий от искусственной комы, уже нашептывал: «Это не шутки». Случайность или авария, чей-то дикий эксперимент, или что-то еще, но не шутки.