Ракша и Земли были очень похожи, но внешним обликом они отличались сильно. Планета, где зародилась раса моего мужа, поражала своей зеленью и необычностью. Многие строения на Ракше, как и на Земле, находились в воздухе, некоторые – на самой планете. Здания были странной округлой формы и смотрелись несколько сюрреалистично. На мои плечи легли руки мужа. – Ну, как тебе? – Очень… необычно. – Несмотря на то что здесь живет мой отец, родился я на Стаке. И после окончания Академии специально прилетал сюда, чтобы посмотреть на планету, где появилась моя раса. – И? – И она меня разочаровала. Внешне она, конечно, необычна, и это захватывает, но образ жизни такой же, как и везде. Я рассмеялась. – А ты рассчитывал, что здесь другие люди живут? – Ну… нет. Просто когда видишь ту же столицу, ожидаешь чего-то особенного, какой-то сюрприз, а тут все банально. Покачав головой и подумав, что права старинная поговорка: все мужчины – большие дети, я отправилась на выход из космопорта. Сначала мы нашли транспорт, который арендовали на время нашего визита на планету, потом Наран сказал, что у нас имеются еще какие-то дела. Только я успела расслабиться от сознания того, что столь волнующее меня мероприятие отодвигается на неопределенное время, как мы подъехали к небольшому дому. Вытащив меня из машины, муж заявил: – Пошли знакомиться. – Что? Ты же говорил, что мы не сразу поедем знакомиться? – Если бы я сказал правду, ты бы себя извела, пока мы доехали. Взяв за руку, муж повлек меня к дому. Вот мы остановились на пороге, вот позвонили в дверь, вот она открылась… На пороге стоял высокий сухощавый мужчина, очень похожий на Нарана. Я бы даже сказала, что, будь его отец помоложе, их можно было бы назвать братьями. – Женился? – спросили Нарана вместо приветствия. – А что, незаметно? – ответил Ремарк вопросом на вопрос. Стоящий передо мной мужчина склонил немного голову набок и сказал: – Проходите. После такого начала все мысли вылетели из моей головы, и я стояла ни жива ни мертва. Пройдя в гостиную, мы с Нараном сели на диван, а его отец – в кресло напротив. Внимательно меня осмотрев, он повернулся к сыну и спросил: – Может, ты нас представишь? Муж даже бровью не повел и совершенно спокойно произнес: – Феоктиста, познакомься: это мой отец, Роберт Ремарк. Папа – это моя жена, Феоктиста. В девичестве Мельник. – Очень приятно познакомиться, – заметила я. – Судя по всему, и мне тоже, – ответили мне, сверля изучающим взглядом. – Расскажите о себе и о том, как вы познакомились с моим мужем.