Может, серый дроу и рассчитывал, что я буду бежать отсюда быстрее собственной тени, и мне некогда будет допрашивать пленного, но не в моих правилах проходить мимо хабара и ценных источников информации. Тяжелая жизнь в одиночестве меняет человека за полгода до неузнаваемости. Не поверите — возможность поговорить с кем-нибудь похожим на человека превысила страх за собственную шкуру.

В конце концов, я чистокровный бессмертный, если на то пошло. Мне не пристало откровенно бояться окончательной смерти, как одноразовым местным неписям. К слову, именно в этом мое скрытое преимущество — знал бы Негато, что всегда могу вернуться и отомстить — может, и не стал бы связываться. Хотя Живодер — особый случай, тут медицина, даже цифровая, бессильна. Думаю, что он бы не отказался от удовольствия поистязать бессмертного ни при каких условиях, а может быть, даже придумал бы, как продлить этот процесс подольше. Достаточно привязать точку респауна рядом с пыточной. Весьма печальная картина вырисовывается, к слову. Умирать мне категорически противопоказано, даже не вспоминая божественный квест от Авесты, требующий этого же.

Еще недавно я бы напоил спасенного эликсиром, развязал, отогрел и еще много каких других благоглупостей сделал. Но сейчас я умнее, опытнее и, к сожалению, циничнее. Отучила меня суровая повседневность от напрасной благотворительности.

Надавав по щекам, привел эльфа в сознание. С точки зрения психологии, намного удобнее убеждать клиента, когда он со связанными руками на полу лежит, а не в кресле с чашечкой кофе восседает.

— Не советую молчать и тянуть время. Есть вероятность, что сюда в любой момент могут заглянуть недружелюбные дроу и проявить свое недружелюбие в полной мере. В твоих же интересах ответить на мои вопросы и покинуть это неприятное место на своих двоих ногах. Если повезет, даже на лыжах. Твой ответ — да?

Рейнджер (появилась подсказка) открыл глаза, и кряхтя, сжимая зубы от боли, перевел себя в сидячее положение.

— Кто ты?

— Неправильный вопрос. И вообще, вопросы здесь задаешь не ты. Твое дело — отвечать. Ферштейн? Отвечаешь быстро и качественно — получаешь свободу, лыжи и проваливаешь к себе домой.

— Гарантии будут?

— Слово менеджера — этого достаточно. И не тяни время — насчет дроу я не шутил.

— У меня есть выбор?

— Значит, договорились. У меня три вопроса. Имя эльфы, которая была в храме две недели назад?

Сказать, что эльф удивился — значительно преуменьшить эффект от сказанного. По всей видимости, такого вопроса он не ожидал — на это и было рассчитано. Лучше всего запоминается конец разговора, чуть хуже начало, а середина переговоров обычно «выпадает» и в памяти почти не остается. Конечно же, не о профессионалах речь — у них такие вещи уже отработаны на уровне рефлексов. Именно поэтому мне и пришла в голову мысль усилить вступление таким образом, чтобы паровозом протащить второй вопрос, самый важный. Не добившись имени моей несостоявшейся убийцы, хотя рейнджер определенно понял о ком речь, я перешел ко второму пункту.