— Представь себе, нет.

— Погоди-ка, так получается, что Олег нам демонстрирует все плюсы и минусы принципиально нового государственного строя?

— А кто и что ему могло помешать? Считай, Маньчжурию он принял с чистого листа. Кстати, выбранная им форма правления даёт очень эффективное налоговое наполнение казны. Мне это с четырёх мест подтвердили. И должен заметить, что желающих платить бо́льшее количество налогов очень много. Можно сказать — они в очередь стоят. Представляешь, стоят в очередь, чтобы в казну больше отчислять!

— Это каким же образом?

— Там у них четыре налоговые градации предусмотрено: десять, двадцать, тридцать и сорок процентов от дохода, да ещё и вступительный взнос имеется. Зато и права у тех, кто высокие ставки налога платит, несравненно выше. Им и площади большие позволено иметь, и в центре города торговать и строиться. Скажем так — хочешь большой магазин или мастерскую в центре города заиметь — плати взнос и переходи на самую высокую ставку налога. Соответственно, те кто на десяти процентах себя заявил, в городскую черту вообще не допущены.

— Хм, хорошая мысль. Мне нравится.

— У нас ничего не выйдет. Это там, с чистого листа можно было без бунтов и возмущений такую систему применить. А в России только заикнись, так те же купцы так народ перебаламутят, что улицы кровью зальём, чтобы пожар притушить.

— Ты давай-ка ещё туда наблюдателей отправь, больно уж тема с налогами интересная выходит.

— Думаешь, уйдёт от нас Бережков рано или поздно? — поразмыслив, сделал про себя какие-то выводы Обдорин.

— Да, вроде не собирается. Или у тебя иные сведения имеются?

— Вроде нет. Он стал прилично вкладываться финансами в свой комплекс подземных лабораторий, с их экспериментальным производством. Траты настолько существенные, что твой советник Мещерский скоро отчаянно завидовать начнёт. Князь их исследовательский центр уже по финансам и штату изрядно обгоняет.

— Не совсем понял, что ты мне хочешь этим сказать? — чуть подумав, обронил государь.

— Он основную науку у себя оставил. У нас, в России. Но серийное производство, которое опирается на русские разработки, тиражирует в Азию. Как мне докладывали, самые простенькие микросхемы теперь и Япония делает, причём в большем количестве, чем у нас. Мещерский, так тот вообще ждёт технологический прорыв, как только японцы смогут полноценную линейку промышленных чипсетов освоить.

— Это ещё что за зверь, и почему у нас его нет? — очень резко отреагировал государь на весьма неприятные новости.

— У нас есть. Но количества единичные. Мы, русские, на коленке очень многое можем сделать, но вот запустить потом это дело в серию, тут уже кто-то другой нужен. Хотя бы тот же немец. Японцы, кстати, тоже неплохо справляются. Что такое чипсет — так это сборка из микросхем разной сложности, позволяющая создавать компьютеры и прочие электронные мозги, где задействованы процессоры. Нынче их куда только не суют. В те же станки, телефонные коммутаторы и штурманские столы. Так что надо их много.