Я молча пододвинул к ней тарелочку с эклерами. Сам только что парочку таких схомячил. Чудо, как хороши!

— Так вы с ними… За деньги! — выдавила из себя Вадбольская.

— Как же вы невнимательно меня слушали. Я сказал ровно то, что сказал. Они помогли мне заработать такие деньги. Другими словами — они мои партнёры и представители в деле продаж техномагической продукции.

— Ах, так всё-таки они купчихи!

— Помниться мне, одна из ваших приятельниц картинную галерею содержит и, заметьте, картины при этом продаёт. Она купчиха?

— Графиня Стоцкая.

— Но картины она продаёт?

— Это же картины!

— То есть мазню полупьяного художника вы оцениваете выше, чем мои изделия из алмазов, золота и платины? Между прочим, в них вложены огромные знания, крайне неординарные, талантливые решения и, самое главное — они приносят пользу! Не то что ваша мазня.

— В обществе существуют правила приличия…

— На которые мне плевать, собственно, как и на мнение этого самого общества. Стая бесполезных мотыльков, порхающая с вернисажа на бал, а с бала на премьеру. Что они в своей жизни сделали такого, чтобы сметь мне указывать?

— Вы это сейчас про меня сказали?

— А разве у вас ещё остались ко мне претензии?

— М-м-м…

— Пойду, скажу, чтобы Дарью разбудили. Она скоро к вам спуститься, а я, княгиня, вынужден откланяться. Дела, знаете ли, дела. Не всем по балам да приёмам рассекать, ведя пустые разговоры. Кто-то и делом должен заниматься. А эклеры вы всё-таки отпробуйте. Ей-богу хороши…

* * *

Занятия вместе со студентами у меня вскоре перешли в иную плоскость, и вовсе не в горизонтальную, хотя и для этого возможности постоянно проглядывались, а в вертикальную. Причём вертикаль у нас получилась приличная, примерно в полторы тысячи метров.

Во всём виноват Шабалин. Именно ему пришла в голову идея, попробовать работу боевой звезды прямо из дирижабля.

Разом я смог собрать экипажи всего лишь трёх дирижаблей. Остальные пилоты воспользовались выходным днём и ещё вчера разъехались по своим делам. Имеют право. В графике полётов они не значатся, а дежурные экипажи все на местах.

Наверное это правильно — начинать что-то новое в воскресенье. Иначе наступит понедельник, со всеми его заботами, и голова будет занята многочисленными проблемами. Как итог — светлые мысли могут остаться без должного внимания и канут всуе.

Свободных наставников у Константина Семёновича не хватило, опять же в связи с выходным днём, и я вызвался слетать с какой-нибудь из групп.

Мне самому любопытно, как они смогут работать прямо с борта. Да и перспективы совсем другие при этом открываются. Лучше быть в курсе и всё увидеть своими глазами, чтобы ясно понимать, какую задачу маги смогут выполнить, а какую нет.