— Токарный станок по дереву где-то в деревне должен быть. В заброшенных домах много выточенных из дерева деталей сохранилось, — почесал затылок самый любознательный курсант их группы.

— Не успеете же…

— Успеем. У нас шесть дней в запасе, — ответил Олег, и на вопросительный взгляд разведчика, пояснил, — Луна ещё не спала. В темноте у нас больше шансов на незаметное проникновение и на безопасный отход.

— Ты считаешь, что у противника нет эликсира ночного зрения? — неодобрительно покачал головой старый разведчик.

— Есть, но его принимать надо минут за двадцать до вылета, а лучше за полчаса. И использовать рекомендуется не слишком часто. Нас на отходе только пилоты в МБК могут перехватить. Попробуем с нашими пилотами договориться, чтобы наш вылет подстраховали, — вспоминал Олег их первый серьёзный разговор в Виктором Николаевичем.

Первый, но далеко не главный.

Цепочка «беременных уток» тем временем подлетела к «базе».

«Беременными утками» их обозвал наставник на первых учениях. На занятиях, кроме лёгкого лётного комплекта каждый курсант тащил на себе рюкзак переднего ношения с балластом в двадцать килограммов, имитирующий будущую загрузку из мин.

«Базой» парни назвали небольшой клочок суши с пятью сушинами, расположившийся в болоте среди камыша и ещё нескольких островков, чуть меньшего размера. Трое суток назад они там организовали пост наблюдения, а по ночам всей группой забрасывали на остров запас мин и взрывчатку.

Вся операция, с использованием «воздушных диверсантов», была задумана ради того, чтобы отрезать польские укрепрайоны от снабжения. Ранняя весна сыграла с поляками злую шутку. Поднявшийся уровень воды затопил места бывших складов, оставив сухой только узкую полоску перешейка между болотами, на которой и расположилась их оборона. В результате, идея с возвращением складов на старое место, была оставлена польским командованием до конца весны.

Две оставшиеся незатопленными дороги, ведущие в Хайнувку и Клещеле, не ушли под воду только благодаря насыпям, сооружённым прошлой осенью тремя тысячами пленных. А пока полтора десятка прилично изношенных польских грузовиков едва справлялись с доставкой необходимого числа снарядов, патронов и продовольствия. Польские укрепрайоны, словно пробка, перекрывали узенькую полоску земли между многокилометровыми болотами и могли перемолоть не один полк, вздумай кто наступать от Беловежи на Хайнувку, не подавив предварительно огневые точки.

Двойка из Олега и Юры Никонова была усилена штабс-капитаном Бартеневым, тащившим на специальной сбруе ручной пулемёт. Парням предстояло минировать наиболее опасный участок на их дороге, самый ближний ко второй линии польской обороны со стороны Хайнувки. Бартенев должен был прикрыть их от случайного патруля или автомобиля, пожелавшего сунуться на дорогу во внеурочное время. После того, как они установят минный заслон, без жертв и шума по насыпи оттуда никому не пройти. Радиус срабатывания датчиков больше пяти метров, а мину без магических способностей не снять. Да и то, магу, не знающему порядок размыкания контуров, придётся поиграть в угадайку, если он как-то сможет саму мину обнаружить.