Не зная где искать этого скользкого типа, я остановился у его дома и призвал Михалыча с Клювиком. Коршун взмыл ввысь став моими глазами, а Михалычу пришлось стать моей собачонкой. Вломившись в дом Тунгуса, я порылся в его вещах и взял грязную рубаху.

— Михалыч, след! — Приказал я протянув медведю тряпку.

Косолапый брезгливо понюхал и поморщился.

— Да ладно! Когда это мы стали такими брезгливыми? Как людей пополам перекусывать, так дайте два! А как рубаху понюхать, так сразу фи, какая гадость? — Укорил я косолапого.

Михалыч фыркнул обдав меня горячим дыханием, поднял морду вверх принюхиваясь. Косолапый поводил мордой из стороны в сторону и рванул к дубраве Фозота. Но до поселения альбиносов мы так и не добрались.

Медведь остановился посреди зелёного поля и ковырнул лапой траву. Оказалось что траву подкопали и уложили сверху на доски, которые прямо сейчас летели прочь. Мелкий скунс выкопал себе убежище, думая что его никто не найдёт. Достав меч света, я сиганул вниз.

Узкий земляной коридор привёл меня к комнатке из которой доносился шепот:

— Тише ты! А вдруг не заметит и уйдёт? — Прошептал Тунгус.

— С чего ты взял что это Виктор Игоревич? — Спросила его пышная пассия.

Ответить он не успел. Я распахнул дверь и нахмурившись упёр руки в бока. В стенах убежища были вырыты ниши, заваленные продуктами, бутылками коньяка, тряпками и даже строительными материалами. Тунгус воровал всё что было не привинчено.

— Ваша светлость! Не велите казнить! — Завопил монгол и рухнул на колени широко распахнув глаза. — Я больше никогда…

— Помолчи. — Суровым тоном сказал я.

— Ага, ага. Молчу, всё. — Закивал он головой.

— Я вообще-то пришел, чтобы похвалить твою задумку с верующими. Но смотря на то сколько ты наворовал, подумываю не повесить ли тебя…

— Виктор Игоревич! Бес попутал! Вы же знаете, я вас, да никогда бы не обворовал! Это всё она! — Взвизгнул контрабандист указав пальцем на свою подругу. — У проклятущая! Сбила меня с истинного пути! Заставила обворовывать бога во плоти.

— Туня, ты что такое говоришь? У тебя вообще совесть есть? — Удивлённо спросила толстуха.

— Да Туня. Не перекладывай вину на других. Чтобы до заката всё вернул на место. Ещё раз поймаю за воровством, повешу.

— Понял! Всё верну! Виктор Игоревич, клянусь. Такое больше не повторится! — Затараторил Тунгус и подполз ко мне, пытаясь, поцеловать ноги.

— Тьфу твою мать! Да они ж в земле. Уйди говорю! — Я брезгливо оттолкнул контрабандиста и выходя добавил. — Назначаю тебя верховным жрецом. Только перенаправь благодарность верующих с моей персоны на Грувдарга.