— Десерт?

— Это само собой. — Улыбнулся я. — Если есть тирамису, неси его, если нет, то выбери что-то на свой вкус.

— Заказ принят. — Кивнул официант и убежал.

Ждать пришлось недолго. Через десять минут принесли хлеб, яичницу с беконом и овощной салат. Хммм. Я просил просто овощей, а тут салат. Впрочем, так даже лучше. Отломив корочку свежеиспечённого хлеба, я макнул её в яркий желток. Солоноватая сладость растеклась по языку заставив жмуриться от удовольствия. А ещё этот хруст хлеба. М-м-м! Просто восторг!

Но всегда можно усилить удовольствие. Солоноватый бекон рассыпался на зубах. Жирнота-а-а! Да он вредный как тысяча Гру, но мать его так. Как же вкусно!

Как только я прикончил завтрак, подскочил официант и поставил на стол миндальный круассан, шоколадный брауни и большую кружку кофе. Забрав грязные тарелки он ушел, а я продолжил наслаждаться.

На последнем кусочке круассана зазвонил мобилет.

— Виктор Игоревич, поздравляю. Теперь твой долг увеличился на десять миллионов рублей. — Весело сказала Ольга.

— Ты решила обрадовать меня с самого утра, чтобы день мёдом не казался? — Спросил я отпив кофе.

— Это для тебя утро, а я уже три часа как работаю. — Пожаловалась девушка. — Поставщики пригнали скот и очень хотят от него избавиться, пока все склады им не засра… не загадили. В общем чем быстрее заберёшь животину, тем лучше.

— Вас понял Ольга Афанасьевна. Допиваю кофе и выдвигаюсь.

Я попрощался с купчихой и через десять минут телепортировался в Дубровку. А здесь всё как-то изменилось… И ни хрена не как-то! А совершенно всё поменялось!

— Святой! Святой!

— Великий Дубровский! Мы ценим твои дары!

— Хвала святому!

Голосили со всех сторон люди по чьим каналам не просто струилась мана, а выплёскивалась наружу в виде причудливых заклинаний. Кто-то сплетал ману в тугой пучок создавая подобие вил и шел на ферму перекидывать сено. Один парнишка сплёл из маны удочку и сидел на берегу реки таская карасей. Мимо пробежали две девчонки следом за которыми в небесах летели воздушные змеи.

Завидев меня, Тимур и Тунгус на перегонки рванули в мою сторону.

— Виктор Игоревич! Видал как я их обучил? — Гордо заявил Тимур, шмыгнув носом.

— Великий Дубровский, не слушай этого шакала. — Зло выпалил Тунгус, на голове которого красовалась проплешина. Волосы как будто выгорели. — Переселенцы лишь благодаря твоей мудрости и божественной воле научились использовать ману.

— Слышь! Сам ты шакал! Псина сутулая! — Выплюнул Тимур и со всего размаха ударил Тунгуса в берцовую кость.

Контрабандист взвизгнул от боли и собирался ударом ответить на удар, когда я прервал не начавшуюся драку.