Глава 1
Воздух ворвался в лёгкие с резким сипом, выбрасывая меня из объятий беспамятства. Фантасмагорические картины Преисподней и междумирья всё ещё стояли перед глазами, но постепенно выцветали, утрачивая чёткость и яркость, словно были обычным сновидением. Но они не были сном. Я всё ещё помнил чувство боли от переизбытка жизненной энергии и разнородной Ци, вливающейся в моё тело, помнил попытку влить их в душу, а энергию души — в даньтянь, помнил чувство слияния и разлома… Помнил свой полёт за границей мира, а потом образ какого-то парня, к которому меня потянуло с облаков…
Последние картины были особенно обрывочны и бессвязны, выцветая быстрее всех, но (я оглядел комнату, в которой находились несколько кроватей со спящими на них парнями) это былне сон.
Помещение было мне совершенно незнакомо: ни в клане Тёмной Луны, ни на постоялых дворах, ни в Академии Небесной Звезды, ни в городе Синего Карпа — нигде я никогда не останавливался в подобных местах и не видел этих людей. И тем не менее в сознание уже стучалось знакомое чувство узнавания — понимания, кто передо мной и где я нахожусь. Точно такое же чувство, что помогло мне разобраться в обстановке, когда я первый раз открыл глаза в теле Лян Ю на пути в Академию Небесной Звезды.
Ещё один взгляд на мои руки, вроде бы похожие, но в то же время… слабые. Совсем не руки человека, достигшего Девятого Небесного Уровня. Откинув одеяло, я обнаружил синюю ночную рубашку уже привычного халатоподобного кроя, под которой меня ждала неутешительная картина. Тело было тренированным, подтянутым, но лишь телом подростка, только-только начавшего практиковаться в боевых искусствах и в лучшем случае достигшего Первого Небесного Уровня.
Паники не было. Я точно помнил, что не умирал. Помнил, что продолжал видеть себя там — на поле боя, совершенно здорового и успешно пережившего небывало мощный Прорыв. Помнил, что смотрел буквально с двух ракурсов зрения, пока вокруг не сомкнулось междумирье и второй, тот, что оставался у горы Бэймин, не пропал из восприятия. То есть я был жив. Я не умер. Ся Ю Нин и Ан Сюен не остались одни.
И это было прекрасно.
Вот только в то же самое время я был несколько озадачен. Мягко скажем, озадачен. Если вопрос того, как я остался там, но оказался здесь, и что произошло, был не шибко существенен (всё же я не настолько глуп, чтобы в ракурсе всех воспоминаний не догадаться, что это было за ощущение разлома сразу после успешного слияния), то вот вопрос, где я и что делать, был более чем актуален, принося с собой хорошее такое чувство разверзнувшейся внутри пустоты.