Изобилие возможностей такое, что глаза разбегаются, но при этом следует помнить, что для нас главное, а что второстепенное. Если соседу с фланга (а российские государства во всех открывающихся мирах воспринимаются именно таким образом) нужна помощь, то на это не стоит жалеть ни времени, ни усилий, а вот визиты с туристической целью я рассматриваю как неоправданную роскошь. Исключение можно сделать лишь для миров Елизаветы Дмитриевны и полковника Половцева, где у нас* имеется родня. Выход из Единства по личным обстоятельствам — явление, в общем-то, невероятное, но моя супруга, а также бывшие курсанты и их командиры наверняка могут пожелать известить родных, что они живы, здоровы и благополучны. Кроме того, все они военные люди, а следовательно, должны официально подать по команде рапорты об уходе в отставку, иначе никак.

Примечание авторов: *это Серегин расширительно трактует форму страшной встречной клятвы «Я — это ты, а ты — это я».

Мгновенная мысленная перекличка в Единстве подтверждает мои соображения. Никто не захотел бросить команду и вернуться домой, но все желают послать весточку папе с мамой, а офицеры-инструктора — еще и женам. Правда, надо понимать, что родители будут ждать пропавших детей до самой смерти, а вот жены таким постоянством обладают не всегда. Человека после трех лет безвестного отсутствия автоматически признают умершим, со всеми вытекающими юридическими последствиями. С той поры, как пропала курсантская рота, по нашему счету, прошло чуть меньше трех лет, но если время в мире Победившего Октября течет хотя бы на несколько процентов быстрее, чем в Подвалах и мире Содома, то парням долго и нудно придется в судебном порядке доказывать, что они — это действительно они. Но я помогу бывшим им чемсмогу, за исключением применения грубой вооруженной силы, ибо по отношению к своим это для меня табу. Впрочем, надеюсь, что командование Красной гвардии в том мире проявит дипломатическую гибкость и понимание момента, и не станет разводить излишней бюрократии.

Пока я так размышлял, ко мне подошла Елизавета Дмитриевна, обняла сзади за плечи и промурлыкала на ухо:

— О чем грустишь, Серенький? Ведь все идет так хорошо, что лучше не бывает!

— Когда дела идут плохо, возникают большие проблемы, — ответил я. — Когда слишком хорошо, проблемы становятся просто огромными, так как чересчур быстрый рост имеет свои издержки. Портальные установки спроектированы и испытаны, но я даже не знаю, в какие сроки мы сможем произвести их в достаточном количестве. Обустройство бывшего Царства Света идет полным ходом, но то, что уже сделано, это капля в море, а в связи с приглашением специалистов со стороны масштаб задач только растет. Людей надо обеспечить жильем и создать им соответствующие бытовые условия. Нужны учреждения культуры, досуга, торговли — одним словом, все то, что называется цивилизацией. При этом местные девочки в репродукционных лагерях и бывшие наложницы Воинов Света никоим образом не должны чувствовать себя ущемленными в сравнении с залетными варягами. Они мои любимые сестры, а я их старший брат, защитник и опекун. Все у них должно быть таким же, не хуже, чем у моих Верных из армий Велизария и Багратиона, и уж тем более и те, и другие должны иметь преимущество перед наемными работниками из других миров. А тем, в свою очередь, смотри пункт один, необходимо создавать достойные условия…