Влади, окаменев, смотрела на своего мужа. Развестись⁈ Уж этого она точно не ожидала. Этот козырь она оставила для себя. Ведь всякое бывало у них и раньше… Ссорились, расставались, потом мирились… Но сейчас все серьезно. И ей нечем манипулировать. Он больше не зависит от нее. Хрупка была их связь, хоть и казалась прочной… В этом Анна Сергеевна была тысячу раз права!

Но как, как он смеет говорить о разводе⁈ С какой легкостью он причиняет ей боль! Ведь он мог сказать: «Давай поживем раздельно»…

«Ты… ты говоришь мне о разводе⁈ — произнесла она задыхающимся шепотом. — Так легко перечеркиваешь наш брак, нашу любовь… Ты уже не мой Володя! Ты возгордился, ты перестал считаться со мной! А ведь у меня есть и свои желания! Тебе плевать на меня! Эгоист!»

«Да, Марина, конечно, у тебя есть свои желания, — кивнул Высоцкий, — и я их уважаю. Тебе хочется сниматься в кино, общаться со своими друзьями и родными, хочется стабильной жизни в привычном окружении… Но, знаешь, я теперь так далек от всего этого… Прежним я уже не стану. Меня влечет мощный поток, а ты… ты осталась на берегу… Я не разлюбил тебя, просто мы стали слишком разными, Марина. Наверное, дальше нам не по пути… Прости меня. Не держи зла…»

Так значит, он сказал про развод не в сердцах, он окончательно это решил! И новая волна отчаяния и ярости накатила на Марину Влади, сметая остатки здравомыслия. Она бросила взгляд на журнальный столик справа от кресла. На нем стояла хрустальная ваза необыкновенной красоты. Не думая, Марина схватила ее и метнула в голову своего мужа… Высоцкий этого не ожидал, и потому даже не попытался увернуться. Однако ваза, несмотря на близкое расстояние, пролетела выше его головы и с жалобным звоном разбилась о стену за его спиной… И никому из этих двоих в этот момент не пришла в голову мысль, почему невидимые слуги не спасли дорогой хрусталь. А они, эти бесплотные помощники, просто очень хорошо уловили эмоциональный фон и позволили выплеснуть напряжение таким вот образом, лишь слегка отклонив траекторию летящего предмета.

Но неудачное метание только еще больше распалило француженку. Она озиралась вокруг в поисках еще чего-нибудь подходящего для метания.

«Хватит, Марина, уймись! — крикнул ее супруг. — Иди лучше охладись!».

На этом месте Белочка сделала паузу. Она сидела и качала ногой, глядя на меня с интригующей улыбочкой. Очевидно, дальше произошло нечто пикантное, и она желала насладиться моим любопытством.

— Ну? И что было потом? — поторопила я ее.

— Ну что-что… Вот ни за что не угадаешь! — решила подразнить меня тряпичная шалунья.