Анна удивлённо смотрела на меня и хлопала своими большими ресницами, даже не понимая, что мне ответить. Я же продолжал наблюдать за реакцией остальных. Пожалуй, только баронессе Черкасовой и ей помощнику не было до нас никакого дела.

— Надеюсь, никто не против? — я обратился ко всем присутствующим, — Покажите, где мне подписать документы, и мы покинем вашу тёплую компанию, — последние слова я специально выделил.

— Конечно, — Чайковский первым разрядил обстановку, — Мне нужно минут десять, чтобы уточнить адреса ангаров, а ещё лучше, пройдёмте вместе со мной, и мы вместе посмотрим, где они находятся.

— Замечательное предложение, — Анна отстранилась от меня, — А мы с вами, барон, увидимся чуть позже.

Внезапно раскрасневшаяся Анна поклонилась всем присутствующим, и пулей вылетела из зала для совещаний. Как я понял, спрашивать разрешения батеньки она не собиралась, а может, и специально слиняла, чтобы он не успел её остановить.

— Пройдёмте, — Чайковский указал мне на двери и я, попрощавшись со всеми присутствующими, последовал вперёд.

Когда мы вышли в коридор, Анны уже и след простыл. Очень надеюсь, что она побежала готовиться к нашему свиданию. Однозначно на мой вопрос она не ответила, но я отступать не собирался. Сегодня ночью я заставлю стены этого замка ходить ходуном!

— Не много ли здесь гвардейцев? — я указал на два десятка гвардейцев, которые стояли по стеночке возле дверей в зал.

— Ах это, — Чайковский отмахнулся, — Не обращайте внимание, конфликт уже урегулирован, так что в них нет никакой надобности.

Вот так просто мне об этом сообщает? Воистину непуганые воробьи. Думаю, если бы они знали о хотя бы трети моих заслуг, разговаривали бы мы по-другому. А может, уже и не разговаривали, аристократы всегда любили «дружить» против самых сильных…

(Замок Карамазовых, Зал заседаний)

— Николай Иванович, будьте добры, проводите наших гостей в их апартаменты, — граф улыбнулся баронессе Черкасовой, — Надеюсь, вы не возражаете, если мы подпишем документу позже? Наш нетерпеливый друг слегка задержит этот процесс.

— Конечно, Степан Михайлович, я всё понимаю, юноша спешит жить… — баронесса слегка поклонилась графу, — В наше время это большая роскошь… Пусть радуется.

— Согласен, — Евдокимов подошёл к баронессе, — Пройдёмте со мной, я составлю вам компанию.

— Благодарю, Николай Иванович, — баронесса подала руку Великому, и они вместе покинули зал заседаний, под присмотром Захара.

В зале воцарилась тишина. За столом остались трое, Виктор, для которого весь этот процесс был только в тягость. Он и правда думал, что лучше было бы прикончить Донского и забыть его как страшный сон. А теперь он и вовсе пришёл в бешенство, что эта мелюзга себе позволяет? Пригласил вот так на свидание сестру, и никто ему даже не возразил.