А вот кровушку я потихоньку под собой собирал, старательно пряча каждую капельку в земле, формируя из них кровавую сферу. Тут главное — не перестараться, а то так и в обморок упасть можно.

— Я! Дмитрий Донской! Вызываю на поединок твоего сына! — выкрикнул я, как можно чётче, — Труса, что сбежал от меня в самый разгар битвы, роняя собственное дерьмо! Молодец, Димочка! Я похвалил сам себя с сарказмом. Теперь тебе точно не отвертеться. И на кой чёрт нужно было лезть в горлышко бутылки? Ты бессмертный, что ли? Он же порвёт тебя как тузик грелку!

Паника от содеянного очень быстро заполонила мою головушку. По спине пошёл холодный пот. Но также я отчётливо понимал, что другого подобного шанса уже не будет. Толпа начала недовольно гудеть. Конечно, какой-то жалкий червяк решил вызвать на поединок принца здешних земель. Не каждый день подобное происходит. Помимо недовольных возгласов слышались и восторженные. Никто не сомневался, что он разорвёт меня на кусочки, поэтому и радоваться начали заранее.

— Парень! — Рыжий выпучил на меня глаза, — Ты что творишь?

— А что ещё остаётся? — я пожал плечами, — Предлагаешь быть съеденным просто так? Да и место слишком подходящее, чтобы нахлобучить этих драных кошек.

— Дмитрий дело говорит, — Шанс поддержал меня, — Вожак любит подобное, так устроим им настоящее шоу, заодно попробуем прикончить.

— Ты… — увидев, что мы начали как ни в чём не бывало общаться между собой, Фелис рыкнул на меня, — Ты поплатишься за оскорбление моего рода!

— Отец! Позволь мне разорвать его на части! — стоило Фелису вновь двинуться на меня, как его тут же остановил отпрыск.

— Ра-аа-а! — Фелис рыкнул на отпрыска, и того начали сдувать с места мощные потоки воздуха.

— Я не боюсь! — рыкнул в ответ юный лев. Устояв на ногах, он выпятил свою грудь вперёд, мотнув короткой гривой. Толпа тут же разразилась одобрительными воплями. Оно и понятно, только что, на их глазах, юный лев впервые бросил вызов вожаку прайда. Таковы законы прайда: молодые всегда будут наступать на пятки старикам, каждый раз испытывая их на прочность.

Не удивлюсь, что и Леорик, который наблюдал за схваткой поколений, когда-то был лидером этого прайда. Мне повезло, что это соперничество переросло в открытую конфронтацию.

Фелис и правда остановился, с интересом посмотрев на сына.

— Фелиар! Ты сам выбрал свою судьбу! — пробасил Фелис, позволяя отпрыску выйти вперёд.

В глазах вожака прайда смешались два противоречивых чувства — гнева и гордости. Здесь я его прекрасно понимал. Гнева, потому что сын ослушался отца на глазах у собственной армии. Непростительная, я бы даже сказал смертельная ошибка. Даже если он победит, вожак прайда не простит ему подобной дерзости и прикончит. Но в то же время Фелис был горд за своего сына, ведь только так становятся истинными правителями. Впрочем, мелкому засранцу здесь ничего не светит. Как я уже сказал, дерзкий ублюдок отхватит или от меня, или от своего же собственного отца.