Улыбаешься? Почему? Что-то знаешь? Тут меня вновь осенило, я попытался сменить курс, но опять опоздал. Степан специально всё это подстроил, а я, дурак, не сообразил, что вокруг шёл мелкий дождь. Он всё это время наблюдал за тем, как я летел прямо ему в лапы. Да, я был в изнанке, но физику этого мира никто не отменял. Капли дождя, что врезались в меня, отчётливо обрисовали мой силуэт. Более того, когда оставалась одна секунда, я почувствовал какую-то непривычную скованность.

— Попался! — злобно рявкнул он и махнул рукой сверху вниз.

Мои движения сковала корка льда, в которую он превратил капли дождя на моём силуэте. Теперь я был у него как на ладони. Мне не хватило каких-то двадцати метров, чтобы добраться до урода. Впрочем…

Махнул рукой он не просто так. Несколько острейших сосулек, что левитировали над его головой, сорвались с места, атаковав меня. Охотник, судя по всему, не знал, что изнанка гасит подобные атаки как минимум вдвое, но мне от этого не легче. Я вышел из изнанки и в ту же секунду, выставив перед собой руку, создал вспышку света, настолько яркую, что она озарила весь форт.

— Подонок! — прорычал Степан, прикрыв глаза.

Сосульки врезались в ледяной силуэт, который остался без главного, без меня. Я воспользовался даром «серого тумана», пора бы Степану осознать, что его уловки на меня не сработают никогда!

Секунды, которые я выиграл благодаря уже своим уловкам, решили исход нашей битвы. Стоило мне только подобраться к капитану поближе, как я незамедлительно активировал дар «хроносферы». Вот и всё…

Капли дождя словно замерли. Степан уже оправился от вспышки и сейчас смотрел на серый туман с моим лицом. Да, он удивился, но до конца всё равно не осознал, что же всё-таки произошло. Сейчас его мозг работал на полную катушку, а тело еле двигалось.

Серый туман в тот же миг окутал Степана, сковав его на все двести процентов.

— Ты сам выбрал свой конец! — рыкнул я.

Ярость и желание расправиться с ним перевесили желание покопаться в мозгах. Увы, но с даром «ярости» не забалуешь в этом плане. Я выставил перед ним клубящийся дымом указательный палец и создал каменную пулю. Нежно укутав её в «антимагическую паутину», я стал раскручивать её до невероятных скоростей. Дар «укрепления костей» с сияющей руной, которым обладал Степан, мог всё испортить, а мне хотелось прикончить ублюдка с одного выстрела.

— С-т-о-й! — замедленным голосом с ужасом в глазах выкрикнул Степан.

Но было уже поздно. Пуля сорвалась с пальца, врезавшись ему прямо в лоб. Секунда, другая, и она скрылась в его черепную коробку навсегда.