Но нужно, шерт побери, дождаться полночи, когда все это закончится, а там уже будет видно.

Во время пира Филиппа продолжила испытывать на прочность его терпение. Бесстыдно флиртовала с сидящим напротив нее графом де Вейтом, который пожирал ее таким голодным взглядом, словно за столом больше нечего было жрать. И ведь рядом сидели его наины, вот их бы глазами и облизывал!

Настроение продолжало катиться к шергам.

— Что с тобой происходит? — ворвался в его мысли голос д’Энгиена.

Друг сидел справа и, кажется, что-то ему рассказывал, но Мэдок не мог бы повторить и одного слова из сказанного хальдагом.

— Ты и раньше не радовал нас улыбками, даже по великим праздникам вроде этого, но сегодня у тебя просто зверское выражение. Кого убивать собрался? Надеюсь, не короля?

— Не искушай меня.

— Мэд, это всего лишь танец, — примирительно сказал Матис. — Подумаешь, покружил твою сиротку по залу. Зато девочке будет что вспомнить в старости.

Де Горту же, наоборот, хотелось скорее забыть об этом танце.

Оставить в прошлом Рейкерда и их затянувшуюся распрю. Но Рейкерд явно не хотел, чтобы о нем забывали.

Объявив о начале охоты, его величество решил продолжить… не иначе как рыть себе могилу. Вспомнил о древнем обычае, о ночи, которую с позволения супруги мог провести с чужой наиной.

Мэдок дернулся, когда стражники приблизились к Филиппе. Схватили ее, растерянную и побелевшую, и повели к выходу.

— Стой… де Горт! — зашипел ему на ухо Матис, вцепившись в плечо хальдага мертвой хваткой. — Не будь идиотом! Я кому говорю?! — добавил, цедя слова, почувствовав, как тот пытается вырваться и броситься следом за наиной. — Разве не видишь, именно этого он и добивается. Хочет вывести тебя из игры еще до ее начала!

— Ночь аморалии? Он это серьезно? — Герцог едва не сплюнул себе под ноги. — Уже давно надо было отменить этот бред!

— Вот когда станешь королем, тогда и упразднишь шергов закон. Но, если сейчас пойдешь предъявлять свои права на эту девушку и отбивать ее у Рейкерда, можешь забыть о троне и обо всем, к чему так долго стремился. Из-за девчонки? — Матис поморщился. — Разве какая-то наина, с которой ты, между прочим, едва знаком, того стоит? У тебя есть еще четыре. Всех не перепробует.

Мэдок ничего не ответил. Раздраженно дернул плечом и проследил за тем, как король и королева, взявшись за руки, покидают пиршественную залу.

Ублюдок и его змея.

Следом за правителем из зала начали выходить гости и придворные. Наины де Горта, перевозбужденные всем происходящим, в ажиотаже перешептывались, но под мрачным взглядом жениха примолкли и последовали за ним к выходу из каменной ловушки — королевского дворца.