способность испускать видимые лучи света даже под влиянием невидимых ультрафиолетовых, инфракрасных или космических лучей. — Можно предположить, что из такого вещества как раз и состоит лунный камень, — сказал Знайка. Чтоб занять коротышек ещё чем-нибудь. Знайка изложил им свою теорию о том, что Луна — это такой большой шар, внутри которого есть другой шар, и на этом внутреннем шаре живут лунные коротышки, или лунатики. Пока Знайка сообщал своим друзьям все эти полезные сведения, в комнате постепенно сгущался мрак. Коротышки изо всех сил пялили глаза на лунный камень, который лежал перед ними, но не замечали никакого свечения. Торопыжка, который был самый неорганизованный, всё время дёргался от нетерпения и не мог усидеть на месте. — Ну почему он не светится? Ну когда же он будет светиться? — то и дело повторял он. — Подожди капельку. Ещё очень светло, — успокаивал его Знайка. Наконец темнота наступила такая, что не стало видно ни камня, ни даже стола, на котором он лежал. А Знайка всё повторял: — Подождите капельку, ещё очень светло. — Действительно, братцы, так светло, что хоть картины пиши! — поддержал Знайку Тюбик. Кто-то потихонечку засмеялся. В темноте нельзя было разобрать кто. — Всё это чушь какая-то! — сказал Торопыжка. — По-моему, камень не будет светиться. — А зачем ему светиться, если и без того светло, — сказал Винтик. Кто-то опять засмеялся. На этот раз громче. Кажется, это был Незнайка. Он был самый смешливый. — Ты, Торопыжка, все куда-то торопишься. Тебе все поскорей хочется, сказал Сиропчик. — А тебе не хочется? — сердито проворчал Торопыжка. — А куда мне спешить? — ответил Сиропчик. — Разве тут плохо? Тепло, светло, и мухи не кусают. Тут уж все коротышки не выдержали и громко расхохотались. Всем так понравилось изречение Сиропчика насчёт мух, что его стали повторять на разные лады. Наконец Гусля сказал: — Какие там мухи! Все мухи спят давно! — Верно! — подхватил доктор Пилюлькин. — Мухи спят, и нам спать пора! Представление окончено! — Вы не сердитесь, братцы, тут просто какая-то ошибка вышла, — оправдывался Знайка. — Вчера камень светился, вот даю вам честное слово! — Ну, ты не горюй, чего там! Завтра мы снова придём, — сказал Шпунтик. — Конечно, придём: здесь и светло, и тепло, и мухи не кусают, — подхватил кто-то. Все, смеясь, и толкаясь, и наступая друг другу в темноте на пятки, стали выбираться из комнаты. Знайка нарочно не зажёг электричество, так как ему стыдно было глядеть коротышкам в глаза. Как только все разошлись, он с размаху