— Если откажусь, то сам себе не прощу до конца жизни, — принял судьбоносное решение будущий икорный контрабандист

Дальше легче — пошло обсуждение деталей.

— Держи. При любом разговоре на эту тему, прибор обязательно должен быть включен. Это генератор шума, подарок одного известного рэпера. Когда он работает записать на диктофон разговор невозможно.

— Надо же, до чего дошел прогресс, — восхитился подарку Серега, и внезапно добавил. — Но нам, все одно, не поможет. Лажа — эта твоя схема. Повяжут нас при передаче денег и никакие записи в доказательство не понадобятся.

— Ты прав и не прав одновременно. Проблему обнаружил правильную, но не учел, что схема продумана досконально и решение найдено. Ни ты, ни я денег получать не будем!

— Электронный перевод ещё легче отследить, и доказательством это будет неопровержимым.

— Ты не понял. Денег мы вообще брать не будем. Ни в каком виде. Ни налом, ни безналом.

Выслушав мою идею, компаньон задумчиво покачал головой:

— Либо идея гениальная, либо идиотская. Либо одно из трех! — глубокомысленно изрек Цицерон икорный.

***Интерлюдия

Две недели спустя. Загородный особняк, поздний вечер. На столе дорогой французский коньяк, сигары, вобла сушеная и пиво. Присутствуют: грузный господин с красным, опухшим от беспрерывной пьянки, лицом, в прокурорском мундире; хозяин дома в бархатном роскошном халате, с золотой якорной цепью на толстой шее и татуировками на пальцах. Завершает композицию худой, неприятный тип милицейской наружности с одной звездой на погоне.

— Майор, излагай, что там нарыл по делу «невидимок».

Неприятный тип хлебнул пивка из хрустальной кружки с вензелем, оторвал жирный хвост у воблы, вгрызся в него мелкими кривыми зубами, и лишь после этого приступил к докладу:

— Икра настоящая, даже в лаборатории проверяли. Здесь — все чисто. Причем не астраханская, но и не морская абсолютно точно. Встречается и белужья и осетровая. Москвичам очень понравилась, хвалили. Нашу ругали.

— Опять рекламация? — насупился хозяин дома.

— Нет, просто подкололи. Говорят, давно такого хорошего продукта не привозили.

— Брать его за жабры и потрошить, пока они нам всю масть не перебили! — взвился, молчавший до сего момента, прокурор.

— Не мельтеши, — осадил его глава преступного синдиката. — Это наш товар в данный момент. Чего ерепенишься. Радуйся, что хвалят.

— Брать его бесполезно. Он ничего не знает — вместо говорящего попугая сидит, никаких контактов с поставщиками. Даже предъявить нечего.

— Вот, что значит, менты — работать ни черта не умеют. Надо было записать разговор, взять при передаче денег. Имея такие козыри — брать и колоть, пока не расколется, — опять встрял в разговор представитель прокурорского крыла в банде.