Снять бы это все на смартфон! Только осторожно, без вспышки…
Сергей так и поступил: щелкнул пару раз, да еще сделал несколько снимков с балкона. Улицу Медичи, Люксембургский сад — панорамой, даже площадь Эдмона Ростана с фонтаном — едва с балкона не упал…
Едва…
Вот именно!
Как же теперь домой-то? Что-то крыши-то нет. И ни грозы, ни тумана… Нет, здесь, конечно, хорошо, да и компания теплая… Однако, пора бы и честь знать! Тем более, оставаться — чревато возможными осложнениями. Хм… возможными? Ну-ну… Обязательными, или, как говорят французы — «облигатуар»!
Глядя на поток машин внизу, к Одеону и к бульвару Сен-Мишель, молодой человек на секунду прикрыл глаза, представив знакомую пятиэтажку и такую родную крышу. ТО место возле лестницы, где когда-то стояла притащенная подростками скамейка, разноцветные граффити, забавный голубой дельфин…
Вот этот!
Серж распахнул глаза — и явственно увидел граффити, дельфина… и знакомую крышу, проступившую из утреннего тумана…
Откуда этот туман взялся-то? Ведь не было же! Как и внезапно сверкнувшей молнии… и грозы…
Непредсказуемая парижская погода! Ну так — май. Или конец апреля. Может и разжарить почти до тридцати, а может, и совсем даже наоборот — дожди да холодрыга.
Впрочем, рассуждать некогда! Давай-ка, Сергей Вениаминыч, поспеши! Как говорится — в гостях хорошо, а дома лучше. Орвуар, бэль Пари, орвуар!
Лишь только вечером Серж расположился за компьютерным столиком у себя дома. Сварил кофе, плеснул на дно бокала вискарь…
Уже и не верилось, что в Париже был… Так, правда и есть — день выдался такой суматошный — голову забудешь, не то что Париж. Сразу с крыши молодой человек метнулся домой — немного прийти в себя и переодеться. Мать, видно, уже уехала на работу… хотя, ну и была бы дома — и что? В личную жизнь сына Анжелика Владимировна, как женщина умная, предпочитала не вмешиваться. Так же, как и Сергей в ее жизнь не лез. А что? Мать — женщина еще хоть куда, красивая, подтянутая — мужички вились, чего уж. Впрочем, это ее дело, уж никак не Сержа…
Приняв душ и наскоро перекусив, стажер прибежал на работу…. Точнее сказать — на практику. Вид у него был — тот еще! Даже Сомов заценил — «Ох, Серега, никак, всю ночь гулеванил?».
На что Серега лишь молча кивнул.
Опера, Колян и Леша, понимающе переглянулись и дружно хмыкнули. Уходя. Начальник погрозил им кулаком:
— Ну, вы это… сами хороши. Сергей, может, тебе отгул?
Уважительными причинами для невыхода на работу капитан признавал только смерть и состояние тяжкого похмелье. Все остальное — болезнь, приезды-отъезды родственников и прочее — в расчет не бралось.