— Он ещё и разговаривает? Тьфу на тебя! Шутник! — ухмыльнулся капитан, ткнув пальцев в рюмку. — Наливай! Я ведь чуть не поверил. А почему ты футбол не смотришь?

Разливаю новую порцию дорогущего коньяка и отвечаю:

— Этот гад болеет за Зенит, который сейчас играет. А я спартаковец в третьем поколении.

— Просто голубенькие умеют играть в футбол. В отличие от твоих красно-белых инвалидов. Поэтому я и смотрю на качественную игру, — пришелец сразу отреагировал на наш диалог.

— Ты где там голубых заметил? Одни чёрные, — огрызаюсь машинально.

— Я бы поспорил. Твои красно-белые тоже больше тёмных тонов. А ещё они не умеют играть в футбол, — существо вернуло подачу. — И вообще, ваш лучший игрок последних лет — негр!

— Всё, заткнись! Смотри на свою газовую команду и избавь меня от комментариев, умник.

— Молчу-молчу! Но признай, что твой нефтяной гигант глупее всех распоряжается деньгами…

— Кто-то сейчас отправится ночевать в подъезд.

— Понял, не дурак, — насмешливо ответил пришелец.

Перевожу взгляд на Радика. Тот смотрел на меня, как сканер, пытаясь залезть внутрь.

— Вернулся из астрала? — произнёс участковый и поднял рюмку. — Кстати, я тоже за Спартак, а мой батя вообще фанат красно-белых. Сам понимаешь, Дасаев и Хидиятуллин. Все нормальные московские татары болеют за мясо! Ну, вздрогнули!

В последнее время алкоголь меня почти не цепляет. Ещё и выводится моментально при обращении к дару. Никакого удовольствия. Я научился ловить момент, но всё равно организм слишком быстро переваривает всякие яды.

— Рассказывай, чего приехал?

Калимуллин, может, и душа-человек, но мент. Значит, пришёл со своими проблемами.

— Сосед попросил помочь, — не стал юлить Радик. — В Звероферме какой-то урод начал нападать на женщин. Уже есть один факт изнасилования и две попытки. Мы недавно общались с Саней, это тамошний участковый. Он и так зашивается. Тут ещё маньяк нарисовался. Ты же говорил, что будешь помогать в таких случаях.

Угу. Ведь сами менты расследовать преступления неспособны. Ладно, это я просто ворчу. Участковые в росте преступности точно не виноваты.

— Ставим на чёрное? — спрашиваю со злой усмешкой.

— Ты о чём? — встрепенулся Калимуллин, и тут же махнул рукой: — Всё, понял. Давай обойдёмся без твоего нацизма.

— И как без него? А-а-а-а, понял! Ведь их деды воевали, что даёт им право убивать, калечить и насиловать наших женщин и детей! — моя усмешка трансформировалась в оскал.

— Не трави мне душу, Митрофанов. Думаешь, ты один такой умный, а остальные ничего не понимают? — Радик скривился, будто съел лимон целиком. — Давай ближе к делу. И чего ты вообще завёлся?