Бандит аж нервно дёрнулся, услышав про сейф. А потом вдруг произнёс:

— Обещай, что не убьёшь?

Какой наивный товарищ. Слово ведь моё. Могу дать и точно так же забрать. Как настоящий джентльмен.

— Клянусь! Пальцем тебя не трону.

Немного подумав, Игнат, наконец, заговорил:

— В книжном шкафу. Стефан Цвейг шестой том. Там блокнот, — в ответ на моё удивление Игнат пояснил: — Жена читать любит. Она и обставила кабинет. Не убивай! Ради детей прошу.

Не став слушать причитания бандоса, я кивнул на него питбулю, чтобы проследил, и поднялся на второй этаж. Положительно мне нравится этот дом! А кабинет — прямо мечта с массивной мебелью, толстым ковром, картинами и книжными шкафами. Хочу такой же. Блокнот оказался в вырезанной выемке. Варвар! Испортил «Марию Стюарт». Зато записи интересные. Я бы сказал, скандальные. Наш герой оказался приверженцем старой школы, записывая, кому и за что заносил деньги. Были в его каракулях более любопытные темы, волнующие меня гораздо сильнее разных взяточников.

— Значит, Молково тоже твоё дело. Как и недавний поджёг на Тонинской в городе М? Думаю, Чушкино семь лет назад также пылало по твоей вине.

— Не убивай! Это не я. Меня заставили, — зачастил Игнат. — Просто поставили перед выбором, которого не было. Не убивай, брателло!

В гробу я видел таких братьев. Понимаю, что этот опоссум из девяностых — одна из пешек. Но как же хочется начать резать его на куски! А ещё заказчиков поджогов. Но к ним пока соваться не буду. Пришелец прав, нельзя вызывать подозрения. Думаю, на пропажу одинокого урки Корнея никто не обратит внимания. Однако казнь уважаемого авторитета, простите, бизнесмена Игнатьева кому надо заметят.

Пока же надо забрать деньги. Будем считать операцию походом за зипунами. Грех не обобрать такую гниду. Поэтому я быстро пробежался по особняку, направляемый питбулем. Один тайник оказался за плинтусом в спальне бандита. Второй под ванной, где была фальшь-плитка. Надо же, как дядя заморочился. А вот с сейфом пришлось помучиться. Код вроде подходил, но я ранее не имел дел с подобным аппаратом. В итоге вспотевший и матерящийся, я спустился на первый этаж. Добыча порадовала. На первый взгляд, более двадцати миллионов, если учитывать валюту. Золото и прочие драгоценности оценю позже.

— Не убивай! Ты же взял всё, — снова заныл Игнат, увидев меня с сумкой, набитой баблом.

— Тебе же сказали, что пальцем не трону, — произношу с усмешкой. — Я тебя сожгу.

Захожу на кухню, где стояла упаковка розжига, и возвращаюсь обратно. Поливаю вонючей жидкостью взвывшего бандоса и разбрызгиваю её по комнате. За что боролся, на то и напоролся.