Глава 1
Рейсовый экипаж высадил меня в трех кварталах от центра, дальше я шел пешком. «Пламенев» не подъезжает к воротам с парадной стороны, «Пламенев» приходит сбоку, через служебный вход, и мне так было даже спокойнее.
Меч за спиной я обмотал дерюгой, чтобы полтора метра железа не пугали прохожих, и в толпе у площади сходил за обычного грузчика с чужой поклажей. Час назад я сидел у себя в комнатах и переписывал в тетрадь параграф из учебника по истории, а теперь шел по вечерней Вязьме в другом обличии, и это переключение между двумя жизнями уже перестало меня удивлять.
Арена поднималась над крышами серым камнем, у входа высились колонны, на крыше висели знамена — неподвижные без ветра. Я был тут уже трижды, не считая первого визита к Максиму и посещения в качестве зрителя вместе с Пудовым и ребятами. И всякий раз народу как будто прибавлялось, но сегодня толпа у касс стояла так плотно, что хвост очереди заворачивал в переулок.
Я понимал, что далеко не все из них пришли из-за меня, но также понимал, что и таких немало. И не удивительно. Все-таки финал.
Между очередью и стенами сновали разносчики с лотками, торгуя семечками и горячими пирожками, кто-то вообще катил бочонок с сидром. И над всем этим висел ровный жадный гомон людей, которые пришли смотреть, как двое будут бить друг друга до тех пор, пока один не сможет встать.
У касс спорили о ставках, в общем гомоне я услышал и свое имя, и имя своего противника. Вьюна брали едва не один к трем, на меня ставили мало и неохотно, что понятно: меня тут видели всего трижды, а его, кажется, всю жизнь. И я бы сам на себя не поставил, если бы не знал свои возможности так хорошо.
Меня пропустили без слов, по жетону. Подтрибунный коридор встретил привычным запахом старого пота, поверх которого шла хлорка, и от этой смеси всегда чуть сводило скулы. Фонарь в бронзовом держателе шипел на повороте. Где-то наверху через толщу камня ровно гудел зал — без конкретных слов, как вода за плотиной.
Подготовительная комната была небольшой. Лавка вдоль стены, шкафчик для одежды, раковина. В простенке висело мутное зеркало с разводами по краям. Я уже привычно переоделся и подошел к нему.
Оттуда на меня глядел уже привычный не-я. Красная маска с языками пламени по контуру, прорези для глаз, снаружи кажущиеся такими узкими, что взгляда почти не разобрать.
Красно-черный халат с коротким рукавом из плотной ткани-брони, под подбородком застегнутый наглухо. Черные обмотки на руках до подмышек, тяжелые сапоги. За правым плечом торчала рукоять меча, и шар навершия тускло отсвечивал в свете фонаря. Доспех белого змея сидел под халатом так, что его не было видно совсем, как и нужно.