даром не нужна. Никакая. — Тебе придется сложно, — покачал я головой. — Я готова, — произнесла она, и в её голосе послышалась железная решимость. — Они не будут тебе женами, Хуан. — Марина перевернулась ко мне, обдав лицо дыханием. — Ни одна из них. Любовницами — да. Хорошими любовницами… — Скривилась. — Возможно. Но без меня тебе всё равно не обойтись. — Равно как никуда от тебя не деться, — усмехнулся я, поднял её подбородок и сладостно впился в губы. — Шамо шобой! — подтвердила она. Сзади нас, метрах в полуста, вновь зашелестела трава. Девчонки. Возможно, кого-то отгоняют, чтоб не шлялись рядом. Меня их присутствие не напрягало, хотя Марина поначалу комплексовала. Но ничего, привыкла — чего ей стесняться, если она по статусу рядом не с кем попало, а с собственным мужем? А вечером устрою небольшой банкет, где посидим все вместе, в тесной компании — пусть все они подружатся, познакомятся ближе. А с прикрытием гулять даже лучше — ни служители парка, ни другие посетители не подойдут к этому спрятанному дикому озерцу, где когда-то, в прошлой жизни, мы познакомились с Бэль. А если и подойдут, записывать нас на видео из чувства самосохранения побоятся. А большего мне и не надо. Нет, я не боялся её высочества. Наоборот, планировал выставить наши кувыркания напоказ, используя Марину в качестве орудия давления. Но интуиция подсказывала, что лучше обойтись без выкладки информации в сеть. Мы дошли до той стадии отношений, когда или она сломает меня, или я её — обратной дороги уже нет, и любые осложняющие факторы в этих эпических разборках сильно отдалят достижение результата. Мои руки вновь принялись изучать тело этой черноволосой белой обезьянки, впрочем, больше по привычке — продолжения банкета не хотелось. Балласт… И как я мог называть её балластом? Да, на неё надо тратить силы, её и её семью охранять, защищать от нечисти… Но всё окупится. С течением времени Санчес из гадкого утенка превратится в прекрасного лебедя. Окупится её преданностью, получаемым с нею удовольствием, её положительным воздействием на моё психическое состояние… И, само собой, безумными от ярости и ревности глазами её высочества, принципиально отказывающейся бросить Себастьяна и устраивающей с ним культурные мероприятия напоказ назло мне. Марина козырь, а не балласт. Весь вопрос в том, как сумею им распорядиться. Ах ты ж моя белая обезьянка!.. * * * — Хуа-ан! Хуа-а-а-ан! Я открыл глаза, мобилизуя организм. Вокруг что-то было не так, а молниеносно реагировать на «не так» меня учат, вбивая рефлексы