«Вот не везет-то! — удирая из квартиры темной обратно в подъезд, мысленно простонал Митька. — Что делать-то? Надеяться, что она не сможет пройти в активированном виде сквозь стены? Так себе надежда. Это только Георгию Константиновичу так повезло. А может рискнуть? Попробовать сделать ЭТО⁈»

Прежде чем влететь во входную металлическую дверь, Митька обернулся. Потрясая телесами, на него неслась туша под полтора центнера весом. Объемная грудь восьмого размера на каждом шагу хлопала по пузу бабищи как уши спаниеля. Черная полумаска, прикрывающая глаза и лоб, с кошачьими ушками вызывала ассоциацию с летучей мышью. Причем не анимированной, как в фильмах, а самую настоящую со сморщенной мордочкой, глазками-бусинами и хищным оскалом чуть удлиненных клыков.

— Не убегай, любимый! — заметив, что Митька обернулся, радостно «пропела» бабища, замахиваясь вновь своей плеткой.

Щучкой нырнув в дверь, Митька перекатом ушел вбок на случай, если темная выскочит за ним следом. В коридоре в этот момент никого из соратников не было. С сегодняшнего дня их учитель Олег посчитал их достаточно набравшихся опыта, чтобы работать без подстраховки. Все, что делал Олег — подкидывал их предметы привязки к квартире темных, а после — собирал обратно. Вот и сейчас все, что увидел Митька, одиноко лежащее сочное красное яблоко, притулившееся за батареей под окном на межэтажном пролете лестницы. И то, если бы не знал куда смотреть, мог и не заметить.

БУМ!

Раздался грохот металлической двери от попадания по ней стальных шариков на кончике плетки бабищи. Этот звук придал ускорения мальцу, и уже через пару секунд он оказался около своего предмета привязки.

— Хоть бы вышло, хоть бы вышло… — лихорадочно шептал Митька, подрагивающей рукой чертя круг активации.

Обычно ему хватало мысленного усилия, но сила темной ошеломила и напугала мальца, отчего сосредоточиться не получалось.

БУМ!

Новый удар в дверь чуть не сорвал у Митьки всю концентрацию, но все же ему удалось удержать символ. Теперь осталось самое сложное — провести через круг свое яблоко. То, что еще не удалось достичь не одному из учеников Олега. Но у мальца не было выбора. Либо так, либо он вскоре повторит путь Анны Егоровны и всех тех темных, кого сам успел отправить к душе мира. Проверять, что там его ждет, не хотелось.

БУМ! БАХ!

Дверь вылетела в подъезд, вырванная вместе с петлями. Пространство заволокло бетонной пылью. Где-то в соседних квартирах закричал напуганный ребенок.

— Милый, где ты? — раздалось за спиной пацана еле-еле подтянувшего к пленке круга свое яблоко. — Где ты, мелкий паршивец⁈ — тон из елейного сменился злым и раздраженным.