Полуэльф медленно обернулся. Сверкнувшее в полутьме лезвие оставило на предплечье неглубокий порез, заалевшей свежей кровью. Несколько капель попали на испещренную рунами Темных эльфов сталь:
— Я с тобой. Клянусь. Мой свидетель — моя кровь, и моя сталь в моей крови. Мои гарантии — моя окончательная смерть. Я не предам и этим исполню клятву. Если же нарушу ее, пусть моим палачом станет человеческий ребенок, принесенный в жертву этой сталью. Да сбудется так! — Магический эфир ощутимо вздрогнул,отзываясь иподтверждая принесенную Клятву.
И где-то далеко от Черной Башни вздрогнул, корчась от боли, старый эльф Веллахим, с яростью процедил сквозь зубы: «Ублюдок, что же ты делаешь⁈»…
— Кхм… — Алексей искоса взглянул на побледневшую эльфийку, в испуге зажавшую ладошкой рот — в отличие от него, она на самом деле знала, ЧТО за клятву принес полуэльф. Клястьсяокончательной смертью насобственной крови — это… девушке стало настолько страшно, что она даже не решилась додумать свою мысль до конца.
— Ну… зачем уж так серьезно-то? Я бы тебе и так поверил. Любите вы тут в словеса поиграть… — смущенно пробормотал капитан. — Маги-орки-эльфы, понимаешь…
— Не врет, — авторитетно сообщила виртуальная сеть, на этот раз адресуя сообщение только разуму Алексея. — Никакой логики в его словах, конечно, нет, но эмоционально он сам в это верит. Говорил искренне. Кстати, «условно-живые» возвращаются — расконсервация техники и гравилетов завершилась. Процесс реактивации остального личного состава закончится через полтора часа, так что поспать не удастся.
— Тогда отбой. Рад, что тебе не пришлось выжигать ему мозги. Ты, конечно, следи за ним первое время, но в целом — отбой. — Завершив короткий невербальный разговор, капитан произнес следующую фразу уже вслух, вставая и протягивая руку новоиспеченному союзнику: — Что ж, приветствую тебя в наших рядах! Пошли, поглядим на древнее оружие? А после перекусим — Яллаттан, солнышко, ты не соберешь нам после что-нибудь из своих хитрых запасов? Я там прихватил с собой, когда мы от магической волны драпали, — обратился он к смущенно покрасневшей эльфийке.
Кэлахир неуверенно пожал протянутую ладонь, неожиданно поймав себя на мысли, что не просто впервые пожал рукучеловеку , но и вообщевпервые в жизни по собственной воле обменялся с кем-то этим странным жестом…
— Это они? — Вопрос, в общем-то, был абсолютно праздным, что называется «лишь бы спросить». Ничем иным, кроме как боевыми машинами, застывшие во внутреннем дворе башни приземистые громадины быть не могли. Установленная под рациональными углами немагнитная броня со сверхпроводящей решеткой силовой защиты, широкие гусеницы, приплюснутая башенка с орудием и пулеметами по центру и вынесенным на боковых пилонах ракетным комплексом и плазменным излучателем — боевые машины будущего, казалось, излучали какую-то мрачную мощь. Снаружи корпус покрывало полиморфное маскирующее напыление, точная копия того хамелеонового камуфляжа, что носили «условно-живые». Сейчас, в ночной темноте, броня приобрела мрачный черный цвет, по которому хаотично скользили редкие световые блики: камуфляж отзывался на свет зажженного Яллаттан для Алексея люминуса с небольшим, в пару-тройку секунд, отставанием. Всем остальным — равнодушным зомби, виртуальной системе, эльфийке и полуэльфу — освещение вовсе не требовалось. Первые одинаково хорошо видели и на свету, и во тьме, последние — владели заклинанием ночного зрения. Алексей же экспериментировать с магией не стал, попросив девушку сделать для него освещение — после встречи с Веллахимом ему отчего-то вообще не слишком хотелось пользоваться Силой.