«…Запись 13–28079014/27. Статус системы — зеленый — 83 %. Зарядка систем вооружения произведена. Внимание! Отмечен критический некомплект боепитания. Пополнить его не представляется возможным ввиду отсутствия связи с базой… Пеленг цели устойчивый. План атаки в стадии разработки… Ответ на запрос от оператора… не получен…»

— Я клянусь, что вырву печень этим недомеркам! — цедил Тириэль, разглядывая сузившимися от бешенства глазами воронку, оставленную упавшим снарядом.

Морской эльф привел его в самый эпицентр пожара, для чего им пришлось довольно долго пробираться через ряды поваленных, обугленных деревьев по земле, плотно укрытой толстым слоем невесомого, все еще горячего пепла. Ко всему прочему, кругом стояли огромные грязные лужи не успевшей впитаться воды. А запах! Дивным пришлось натянуть маски, снабженные заклинанием «Тюленьего Вдоха», дабы не дышать той гарью и копотью, что бурыми облачками вздымалась с земли при каждом их шаге. Но даже магическая маска не смогла помочь Тириэлю, когда они пришли на место — всегда спокойный и рассудительный эльф задохнулся от ненависти и боли и несколько мгновений просто не мог вымолвить ни слова.

Раньше здесь была заповедная поляна одного из священных Средоточий. «Была», поскольку теперь вместо нее уродливой раной чернела гигантская, в десяток метров диаметром, воронка. Наполовину заполненная водой, из которой кое-где торчали обломки бетона и куски арматуры, она все равно продолжала куриться ядовитым желтым дымом. Большие грязно-желтые пузыри поднимались на поверхность, чтобы лопнуть и добавить в насыщенный миазмами пожарища воздух очередную порцию удушливого смрада. На многие десятки метров вокруг эпицентра не осталось не то что обгоревших, вываленных ударной волной деревьев, но даже и пепла: голая земля спеклась от чудовищного жара, мертвой черной коркой похрустывая под ногами… И Тириэль вдруг понял, что даже эльфийская магияне сможет оживить это место, заставив здесь хоть что-либо вырасти. Не сможет до тех пор, пока земля сама не очистится от скверны и не залечит нанесенную ее плоти смертельную рану.

В самом центре ямы торчали жутко перекрученные лохмотья металла, в которых с некоторым усилием можно было признать остатки огромной металлической колонны или гигантской стрелы. Поначалу Тириэль даже решил, что это неведомый великан пальнул по заповедной эльфийской роще, но, приглядевшись, разглядел остатки трафаретной эмблемы на одном из обгоревших листов корпуса летающего снаряда.

Белая пентаграмма в дубовом венке, вверх от которой тянулись две стрелы-молнии. Точнее, это раньше все принимали их застрелы — теперь-то перед эльфом торчали изломанные и оплавленные взрывом остатки прообраза, огромного летающего снаряда!