— Ну, был я, предположим, пару раз донором… — начал было Алексей, но, наткнувшись на взгляд эльфийки, смутился и отвел взгляд. — Ладно, пошли, что ли, грустная фея? — И, усмехнувшись, добавил: — Не сомневайся, я впервые в этом мире, честное слово. И, поверь, не меньше тебя хочу разобраться, что здесь происходит.
— А я уже не хочу… — едва слышно произнесла девушка, однако Алексей предпочел сделать вид, что ничего не расслышал.
Первым, на что обратили внимание вступившие в заброшенный город спутники, оказалась жара. Казалось, здесь, совсем рядом с раскинувшимися на сотни километров эльфийскими лесами, не может быть такого перепада температур, однако ж факт был, как говорится, налицо. Точнее — на лице, сбегая по коже частыми каплями солоноватого пота. Алексею даже подумалось, что они внезапно перенеслись куда-то ближе к экватору — впрочем, на самом-то деле он, конечно, не знал, какая температура на здешнем экваторе, оперируя исключительно привычными земными понятиями. Но, как бы там ни было, таинственная Запретная Пустошь приняла их на своих пыльных просторах, норовящих каждую секунду преградить путь очередным нагромождением обломков, поросших сорной травой, глядя на которую эльфийка лишь презрительно морщилась.
В город они вошли по узенькой улочке, когда-то давно («очень давно», как мрачно подумалось капитану) застроенной невысокими двух-трехэтажными домами. Ныне большая часть строений лежала в руинах, отбивающих всякое желание их исследовать: для этого понадобилось бы, как минимум, снять двухметровый слой нанесенной ветром почвы, намертво сцементированной корнями трав и кустарников. Но кое-что Алексей мог сказать и безо всякого исследования: стиль постройки немногих более-менее сохранившихся строений был явно человеческим. Точнее —земным …
Кое-где прямо из земли торчали обломки совсем иного характера: металл, конечно, не перенес всех минувших веков, но понять, что когда-то это были некие механизмы, было можно. Однако самая неожиданная находка ждала спутников там, где «их» улочка пересекалась с более широкой. На покосившемся столбе, видимо, изготовленном из какого-то сплава и оттого хорошо сохранившемся, был закреплен массивный памятный щит. Алексей уже было прошел мимо, однако что-то вдруг заставило его остановиться. Подойдя к уткнувшемуся в землю нижним краем прямоугольнику, он лезвием ножа счистил налипшую грязь и слой окислов, обнаружив под ними привычные буквы. Проштампованный текст, набранный на двух языках — русском и каком-то очень похожем на английский, еще вполне можно было прочитать: