Сделав заказ и передав трактирщице пару н’аэлорских серебряных, я принялся ждать. И еды, и прихода Армеля. Думал и о Лиан, и о том, какое важное дело я поручил эльфийке. На самом деле, сама судьба послала мне темную. Я бы мало кому мог доверить перевозить мои вещи. Да, долину уже посещал лейтенант Ирнар, но тогда речь шла о нескольких амулетах. Сейчас же мне требовалось много больше, в том числе и редкие инструменты, которые когда-то делались на заказ у подгорцев и в Бриме. Кости мастеров, которые их создали, уже давно истлели, их имена стерлись из истории и единственное, что свидетельствовало о том, что они вовсе когда-то существовали — их немногочисленные творения. В том числе и мои измерительные приборы, с которыми я старался обращаться весьма бережно. И Лиан прекрасно знала ценность всех этих вещей. Единственное, что останется на своем месте — моя звездная труба. Банально потому что это было слишком хрупкое устройство, а чтобы собрать его, мне потребовалось немало лет. Взять те же линзы, во время поездки за которыми в Брим я и повстречал маленькую темную в рабских кандалах…

— Доброго вечера, господин Фиас, — Триерс выглядел точь-в-точь, как и в нашу первую встречу.

Посланник Святого Престола уселся на свободный стул и с удовольствием подтянул к себе кружку с пенным напитком, которую буквально минуту назад принесла Игрид. Словно он стоял за дверью трактира и только и ждал, когда принесут свежее и прохладное, только из погреба пиво.

— Что вы решили? — прямо спросил Триерс.

— На этот раз без странных вопросов? — улыбнулся я, отпивая из своей кружки.

Армель чуть откинулся на спинку стула и очень красноречиво провел ладонью по лысому черепу.

— Поймите меня правильно, Владыка. Будь на вашем месте кто-либо другой, я бы точно знал, что дело сделано, и мое предложение было принято. Но от вас можно ожидать чего угодно. Вам не нужно прятаться, не нужно слать записки или как-то пытаться меня задеть. Вы достаточно сильны и стары, чтобы послать моих нанимателей к демонам, глядя мне в глаза и с улыбкой наслаждаясь этим пенным напитком. Так что да, если изволите, я бы хотел услышать ваше решение и потом, опять же, если вы изъявите желание, мы могли бы побеседовать.

Он немного нервничал. Конечно, большая часть реакции Триерса была наигранной, но играл он превосходно! Опытный лжец и манипулятор, без морали, чести и совести, он был прекрасным исполнителем со своим собственным кодексом чести. В этом кодексе было не так и много пунктов, но один из них точно гласил: всегда действуй как настоящий мастер своего дела. И сейчас он действовал как мастер.