—Встреча с Лайзой оказалась не только очень приятной и многообещающей для тебя, но и очень полезной для нас. Жрец — это не только пилюля и открепительный лист, которыми он шантажирует бедную девушку, но ещё и до хренища денег, которые он накопил на взятках. А он точно накопил.

—Ограбить? — завопил парень. —Жреца? Или ты ещё что-то собираешься сделать?

—Набью морду, чтобы на всю жизнь хватило, и заберу деньги, - мысленно пожал плечами я. —И это будет не грабёж, а конфискация преступно нажитого. Или если хочешь, назови это трофеями. У нас, всех людей в обоих мирах, идёт война с ил-маширами, и любой гадёныш при власти, если злоупотребляет положением, так или иначе помогает врагу.

—Ого! Как ты вывернул, — аж восхитился принц, но с каким-то сарказмом, как мне показалось. —Но ещё не забывай, что жрецы Белых Ангелов подсудны только их…

—Ордену. Давай назовём это орденом, если религией, а значит и церковью, они не являются.

—Да! Судить жрецов имеет право только сам Орден! И у них есть особая стража, которая обязательно заинтересуется, если жрец пострадает. Или пожалуется на ограбление… э-э-э… взятие с него трофеев.

—Он не обратится, — усмехнулся я. —Стража, если хоть чего-то стоит, сразу заинтересуется источником богатства. Ему же хуже будет.

Пока препирались, мы дошли до центра, и я с досадой отметил, что богатый дом, в котором жили важные городские чиновники и жрец заодно, здорово охраняется. Через окно я рассмотрел, что в комнате, которую в другом случае можно было бы назвать закутком консьержа, сидели трое мордоворотов с арбалетами, мечами, и даже в доспехах из пластинок полированного дерева.

Операция усложнялась. Нет, я бы легко нашёл способ проникнуть в дом ночью. Но днём по главной улице города, каким бы сонным и убогим он ни был, шныряло немало народа. Как минимум кто-то меня запомнит. Так что пока на ум приходило только дождаться ночи.

Но терять столько времени глупо, да и меня… нас же Лайза ждёт в сквере. И просить её задержаться здесь почему-то не хотелось.

Я обошёл дом сзади, и там обнаружилась чистая, светлая, но почти безлюдная улица. Охраны дома с этой стороны видно не было, но буквально в сотне метров возвышалось здание городской стражи, у входа в которое скучали аж двое часовых. Да уж! Местные шишки себя любят и подстраховались со всех сторон.

Но я минутку поразмыслил, да и направился быстрым шагом к рынку, который рассмотрел сразу как сошёл с поезда, хотя сейчас меня интересовал квартал лавок по соседству. Через пять минут тихонько заглянул в лавку, над входом в которую красовалась вырезанная из дерева кисть с зависшей на кончике радужной каплей. И надпись была — «Всё для малярных работ».