особым даром красноречия, выпал в нерастворимый осадок через несколько минут. Его окончательно добило то, что на его драгоценный режимный аэродром один за другим стали садиться разнообразные самолеты. В полной прострации он обалдело смотрел, как без передышки на рулевую полосу поворачивают штурмовики и тяжелые бомбардировщики, истребители и разведчики. Некоторые были явно иностранного производства, без опознавательных знаков или того хуже – с очевидной символикой других государств. К тому времени ПВО объекта уже была в загребущих руках Чапая, садиться позволялось всем желающим. Одна машина была полностью незнакомой – черная, похожая на уродливого богомола со скошенными крыльями. Бобриков не знал, что видит перед собой уникальный астральный разведчик, собранный умелыми техниками Ордена всего в одном экземпляре. Но главное потрясение подполковника вызвала вовсе не посторонняя авиация. Он невольно схватился за сердце, когда со стороны разгружаемого транспортника мощный автокар провез ядовито-оранжевый эллипсоид, снабженный хвостовым стабилизатором. Красная надпись гласила четко и ясно: «Термоядерная бомба. Шестой уровень. М-0,6. Не бросать!» Остальную маркировку Бобриков так и не разобрал, но увиденного ему хватило с лихвой. Дико оглядевшись, он увидел проклятого Чапая, стоявшего неподалеку с развернутой трубой спутникового телефона. Подбежав к нему, подполковник истошно заорал: – Там!.. Там такое творится!!! Без защитного контейнера тащат термоядерную бомбу с неправильной маркировкой! – Да и хрен с ней, – небрежно отмахнулся Чапай, – пускай без контейнера тащат. А вот маркировку поправь – это непорядок! Наши техники вечно хоть где-нибудь, да напортачат, они почти все на первое мая родились. Что уставился? Так и было, прямо на демонстрации: раз – и вывалился головой на мостовую. После этого на них надежды мало, сам понимаешь. Возьми ведро краски и немедленно принимайся за работу. Но смотри, голых баб на боеголовке не рисовать, а то в зад ее тебе засуну и будешь так ковылять до самого медпункта! – Но так нельзя! – чуть не взвыл Бобриков. – Это грубое нарушение правил хранения и перевозки! Ведь может случиться что угодно – от облучения персонала до взрыва! – Ничего, переживем, у нас еще есть. Я три штуки заказывал, на пару дней должно хватить. – Да это просто безобразие! Да что здесь, в конце концов, происходит?! Что за космонавты бегают по всему объекту с пулеметами? И какого черта вы притащили сюда термоядерную бомбу?! – Бобриков, я почему-то перестаю тебя понимать?